В новую детскую заходит сонная Кнопка. Она, приподнимается на носочках, заглядывает на Лёву, которого я качаю на руках. Разворачиваю его, чуть наклоняю и показываю ей братика.
Несмотря на все ворчания тёщи, не приучать ребёнка к рукам, я ничего не могу с собой поделать. Мне нравится держать сынишку, чувствовать его тепло, и понимать, что он – частичка меня и Яси.
– Красивый? – спрашиваю у Насти.
Она переводит на меня недоумённо-снисходительный взгляд.
– Ужас какой-то, – зевая, выдаёт честный ответ. – Ты сказал, что он изменится, а он всё такой же.
Яся и Лёва всего третий день дома. Лёвка достался нам дорогой ценой. Яся родила сама, но плацента не отходила. Задержка была достаточно долгой, и неоперативные методы не помогали. Плаценту пришлось удалять оперативным способом, и я думал, с ума сойду, пока Яся была в операционной.
– Подожди немного, – про себя улыбаюсь такой открытой и непосредственной честности. – Он вырастет очень быстро. Вот увидишь.
– Это хорошо. Но ты пока всё-таки его никому не показывай, – даёт мне совет.
Неужели бабушку наслушалась?
– Почему?
– Чтобы людей не пугал.
– Наська, я когда-нибудь твой язык горчицей намажу, – грозится тёща. – Доброе утро, Алан.
– Доброе.
С мамой Ясмины у нас нейтральные отношения. Она относится ко мне с недоверием, а меня после семейки Асхадовых уже ничем нельзя испугать. И поэтому, когда тёща «пригрозила» приехать на недельку к нам в гости, чтобы помочь, я, не раздумывая, согласился. Да хоть на две! Яся держится молодцом, стараясь никому не показывать свою слабость, но на самом деле, ей нужно окрепнуть, и помощь её мамы лишней не будет.
– Сама-то не такая была? – спрашивает Марина Сергеевна у своей внучки.
– Нет, – заявляет Настя уверенно.
Она учится во втором классе, и уже не похожа на ту Кнопку, которую я впервые встретил в парке.
– Да где же «нет»? Была такая же красная, сморщенная и лысая, – сдаёт внучку любящая бабушка. – Ещё и плакала постоянно.
– Девчонка. Они все плаксы, – подливает масла в огонь появившийся в комнате Рус.
Сегодня воскресенье, и дети дома.
– Сам ты плакса, – шумно сопит Настя и награждает Руса выразительным, не обещающим ничего хорошего, взглядом. На что Руслан лишь бесстрашно усмехается.
Ведь специально дразнит. Но благодаря этим двоим в доме никогда не бывает тихо.
Лёва засыпает, и я кладу его в кроватку.
– Идите поешьте, а я пока тут посижу, – говорит Марина Сергеевна.
– А вы? – спрашиваю у неё.
– Я пока не хочу, – отмахивается.
