Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

Судя по состоянию вокзала, время здесь действительно давно остановилось.

Платформа одна. Вторая — завалена камнями, будто её нарочно похоронили под обломками.

Касса заколочена. Вместо дежурного — старик в форме, украшенной эмблемой магической линии. Он что-то бормочет себе под нос.

Расписание появляется неохотно, будто сам магический экран не уверен, нужно ли это кому-то.

И всё это — после того, как меня везли в повозке, тряся по камням, как мешок с картошкой.

Я закатываю глаза.

Железная. Дорога. Есть. А меня везли через проклятые серпантины.

142. Возвращение

Гудок пронзает воздух — я вздрагиваю. С лязгом поезд вползает на перрон.

Массивные колёса, оплетённые руническими прутьями, с грохотом катятся по рельсам.

Из внушительной трубы валит клубящийся пар, в котором вспыхивают голубоватые всполохи магии.

Корпус — тяжёлый, тёмный металл, отполированный до блеска, будто зеркало. На боках вагонов переливаются бронзовые пластины с винтажными орнаментами.

По краям дверей мерцают слабые огоньки — то ли лампы, то ли магическая энергия.

Поезд замирает со звоном и скрежетом, в последний момент выбрасывая клубы сверкающего пара — как будто решил завершить своё прибытие фейерверком.

Я смотрю на эту махину — и не верю. Всё это будто не со мной. Но воспоминание жжёт: меня унизили.

Лейз осторожно касается моего локтя:

— Лиора Ирис? Пришлось немного поспорить, — он кивает на старика в униформе. — Но билеты у нас.

Я киваю. Не в силах говорить. Потому что внутри всё кипит.

— Сюда, — увлекает Лей к кондуктору, который стоит у самого края платформы. На его тёмно-синей униформе швы мягко мерцают — по ним бежит голубоватый отблеск, точное отражение рун, пульсирующих на корпусе поезда.

Когда мы подходим ближе, кондуктор поднимает ленивый взгляд.

— Ваши билеты, — говорит он.

Лейз протягивает их.

Кондуктор берёт билеты двумя пальцами — и под его ладонью вспыхивает тонкая жила магии, скользящая по краям бумаги. Руны загораются, складываются в сияющий символ, и тут же гаснут, оставляя чёткую печать допуска.

— Вам туда. — Он коротко кивает и указывает рукой на один из дальних вагонов."

"Внутри поезда — тепло, неожиданно уютно. Бархат кресел цвета тёмного вина выглядит вызывающе на фоне суровой стальной обшивки. На стенах — медные фонари, светящиеся ровным, чуть пульсирующим светом.

Я сажусь у окна. Лейз — рядом. Он бросает взгляд на улицу, потом на меня, и тихо говорит:

— Ну вот. Скоро будем в Цитадели.

Я киваю.