Ненужная жена. Хозяйка лавки \

Краем глаза замечаю, как двое бандитов, воспользовавшись моментом и потерей контроля со стороны дракона, бросаются наутёк. Стражники, наконец-то появившиеся на месте происшествия, разделяются: часть бежит в погоню, остальные спешат к нам.

— Что случилось? — опускается рядом немолодой мужчина.

— Они… В него что-то кинули! — я судорожно оглядываюсь, пытаясь найти проклятую вещицу. — Я не видела что, но всё засветилось красным!

Другой страж, моложе, осторожно поднимает с земли тускло поблескивающий медальон на порванной цепочке.

От него всё ещё исходит слабое красноватое свечение.

— Не трогайте голыми руками! — командует первый. — Это может быть опасно.

Прижимаю Эридана к себе крепче, чувствуя, как подступает паника. Сейчас я уже не думаю о том, какой он гад. Мне страшно оттого, что тот, кто в лёгкую швырялся магией налево и направо, неожиданно падает и не подаёт признаков жизни. Да и в конце концов… не зверь же я?

Что мне делать?

— Нужно доставить его к целителям, — страж поднимается на ноги.

— Марк, беги за носилками! Живо!

Один из подоспевших срывается с места. Я глажу Эридана по лицу, шепчу.

Его грудь едва заметно поднимается от дыхания — и это единственный признак того, что он жив.

— Миледи, — страж осторожно касается моего плеча. — Позвольте осмотреть его.

Неохотно отстраняюсь, давая стражнику место. Тот склоняется над Эриданом, что-то бормочет себе под нос, водит руками над его телом.

— Странно, — хмурится он. — Никаких следов проклятия или травм. Но его поток магии… хаотичен.

Для лариана это… Нет. Это для всех нас очень и очень опасно.

— Что это значит? — мой голос срывается.

— Не знаю, — качает головой сержант. — За двадцать лет службы такого не видел.

Глава 38

Тяжёлые двери спальни закрываются за стражниками, и я остаюсь наедине с бессознательным Эриданом.

Тишина давит на уши, прерываемая только тиканьем напольных часов в углу.

Нервно кусаю губы, меряя шагами комнату. Что делать? Доктор скоро будет, а Эридан лежит такой бледный, неподвижный…

Останавливаюсь у кровати, вглядываясь в его лицо.

Впервые вижу его беззащитным. Сейчас черты разгладились, между бровями исчезла привычная складка, и он выглядит умиротворённым. Это пугает ещё больше.

— Эридан? — зову тихонько, но он не реагирует.

Могу ли я чем-то помочь? Ему, наверно, неудобно. Лежит в сапогах, в тяжёлом камзоле с высоким воротом, широкий пояс наверняка давит…

Закусываю губу, размышляя. Будь он в сознании, вряд ли позволил бы мне такую вольность.