— Ты лучше, чем думаешь.
Я тяжело выдыхаю, беру его руку и прижимаю к колотящемуся сердцу.
— Здесь. Просто почувствуй это. Вот что я чувствую к тебе, ты, властный засранец.
Деклан смотрит на свою руку. Широко разводит пальцы и чуть нажимает. Закрывает глаза и через мгновение произносит с тихим удивлением:
— Наши сердца бьются синхронно.
Эти несколько слов наполняют меня таким страхом, какого никогда не испытывала. Это ужас, чистый и холодный, и он пронизывает меня насквозь, прямо до костей.
Как только это началось, такую мощную вещь, как два сердца, бьющихся в такт друг другу, остановить невозможно.
Помогите. Я упала и не могу подняться.
— Не смотри так испуганно.
— Ты сказал «абсолютная честность». Мое лицо просто соответствует плану.
— Я также говорил о полном послушании.
— Два из трех - это неплохо.
Его взгляд становится острее.
— Это твой способ сказать, что ты мне доверяешь?
Мой смех тихий, но раздраженный.
— Разве это неочевидно? Любой другой мужчина, который попытался бы заставить меня называть его «сэр», уже бы стал евнухом.
Деклан обхватывает мою челюсть большой ладонью.
— А как насчет меня? — спрашивает он с внезапной яростью и горящими глазами. — Могу ли я доверять тебе в ответ?
— Убавь громкость, мистер Натиск и Напор. Почему все должно быть так: жизнь или смерть?
— Не меняй тему.
— Я даже не уверена, о чем конкретно ты спрашиваешь. Это звучит как нечто гораздо большее, чем обычное определение доверия. Тебе нужна пересадка сердца, о которой ты мне не говоришь, и ты хочешь, чтобы я стала донором?
— К тому времени, когда все это закончится, мне понадобится пересадка сердца.
— Отлично. Это очень проясняет ситуацию, спасибо.
Он свирепо смотрит на меня. Я хочу отстегать его палкой.
— Как насчет того, чтобы поделиться со мной соображениями о том, что ты понимаешь под словом «доверие»? Давай начнем с этого.
Деклан ставит галочки в списке, как будто это вытатуировано у него в мозгу.
— Никакой лжи. Не прячься. Полное подчинение. Полная самоотдача.
Твоя жизнь превыше моей, и наоборот. Все, что у меня есть, принадлежит тебе, и наоборот.
— Звучит как вступление в секту.
— Я еще не закончил.
— Господи.
— Мы всегда прикрываем друг друга. Мы всегда выполняем свои обещания. А секреты остались в прошлом.
На последнем слове он как бы сдувается. Опускается ниже, будто набрал вес, как тонущий корабль, набирающий воду.
Пристально глядя на него, я говорю:
— У тебя много секретов, не так ли?
— Ты же знаешь, что да.
