Тяжело ли это - жить со всеми этими разными подлыми личностями в одном теле? Должно быть, там все напряжено. Как в переполненной тюрьме.
— Какого черта ты беспокоишься обо мне? Я - твой похититель.
Кажется, его действительно интересует мой ответ, так что я на мгновение задумываюсь об этом, пока он занят тем, что пытается прожечь мое лицо пристальным взглядом.
— Хм. Это не потому, что ты мне нравишься, потому что мы уже выяснили, что ты мне не нравишься.
Деклан язвительно напоминает мне:
— Это чувство взаимно.
— Вот именно. Как может понравиться кто-то, кто выглядит как верблюд и пахнет отрыгнутой травой? Если только ты не один из тех чудаков, которые увлекаются животными. Ты знаешь. Зоофилов.
Я одариваю его взглядом, который подразумевает, что не оставила бы скотоложство без внимания. Он посылает мне в ответ взгляд, который мог бы расплавить сталь.
— Послушай, если тебе от этого станет легче, давай просто скажем, что я беспокоюсь о тебе, потому что это в моих интересах. Если ты умрешь от сердечного приступа или получишь пулю, или что-то еще, что будет со мной?
Не теряя ни секунды, Деклан кисло говорит:
— Ты, без сомнения, заняла бы мое место.
Это было бы нетрудно, учитывая, что ты уже завербовала половину моей армии в свои ряды.
— Да ладно тебе. Киран и Паук не могут быть половиной твоей армии.
— Нет, но за этой дверью дежурят еще трое мужчин, которые таинственным образом присоединились к твоему фан-клубу в мое отсутствие. Уверен, ты с легкостью перевербовала бы остальных.
— Что ты имеешь в виду?
— Что-то насчет той трогательной речи, которую ты произнесла о том, что ирландские гангстеры лучше русских? И эмоциональные объятия для Кирана?
Я смущенно говорю:
— О.
Ты про это.
— Ага. Это. Они посчитали это весьма увлекательным. Они также впечатлены тем, как ты справляешься со всей ситуацией в целом.
— Под ситуацией ты имеешь в виду тромб в моем мозгу или себя?
— Я - не ситуация.
Я смеюсь над этим.
— Поверь мне, гангстер, ты - ситуация с большой буквы «С». Ты мог бы превратить Ганди в серийного убийцу.
Мгновение Деклан пристально смотрит на меня, затем говорит низким голосом с нотками теплоты:
— Как и ты, девочка. Как и ты.
— Посмотри только, у нас с тобой так много общего. Довольно скоро нам будет о чем поговорить, кроме твоих необъяснимых перепадов настроения.
На его челюсти напрягается мускул. Я могу сказать, что он изо всех сил старается не улыбнуться и не упрекнуть:
— Давай, покажи мне эти жемчужно-белые зубы.
