Неожиданный наследник 2 (СИ)

Надо только суметь донести это до будущего императора. Здесь вам карты в руки, ибо я не так силён в придворных интригах русского двора.

Панин слыл натурой увлекающейся, что сразу подтвердил. Никита Иванович успокоился и надолго задумался. Посол не спешил тревожить вельможу и спокойно пил отличное вино, предложенное ему сразу по приходе. Ещё Зольмс-Зонненвальде разглядывал роскошный кабинет графа, и в который раз поражался. Он, как и его король, не понимал, зачем эта показное великолепие? Нет, для дела в Пруссии тоже хватает красивых зданий и помещений.

Но обычно Фридрих и его соратники весьма скромны в своих запросах. И у самого посла в кабинете только необходимые книги и бумаги, без всяких ваз и золотой лепнины на стенах.

— В ваших словах доля истины, и соглашусь, что я сделал излишне скоропалительные выводы, — наконец ответил Панин, скрестив пухлые пальцы, увешанные кольцами, — Попробую через своих друзей и знакомых поговорить с Его Величеством. Я действительно могу помочь России и поделиться опытом.

Касаемо прожекта, то, может, имеет смысл немного его изменить. Иван Антонович излишне бережлив, и его могли смутить немалые расходы, особенно на подкуп шведских депутатов. Но ведь сама идея замечательная!

Посол кивал вслед словам собеседника и был явно рад. Именно это ему и нужно. Чуть позже он убедит Панина расширить круг своих сторонников, дабы позиции Пруссии стали ещё сильнее. В принципе, и сейчас у Берлина есть сторонники, пусть не такие влиятельные, как у треклятых французов.

Только некоторые события, происходящие в русской столице, заставили Зольмс-Зонненвальде искать иные ходы. Уж больно в сомнительном положении оказались эти самые сторонники. Что он решил донести и до графа.

— Хочу дать вам дружеский совет. Если вы захотите посетить соратников по ложе, то будьте осторожны, — собеседник сразу нахмурился, услышав непонятное пожелание, — Заодно предупредите друзей, чтобы они вели себя осторожнее и сохранили место встречи втайне.

Но на вашем месте я бы отказался от посещения подобных собраний. Это пойдёт на пользу общему делу.

— Но как же? Среди членов ложи больше всего людей, поддерживающих наши замыслы, — Панин растерялся второй раз за столь короткое время.

Никита Иванович был идеалистом и романтиком, но не дураком. Он прекрасно понимал, что Иван Антонович не просто так обратил своё внимание на их общество.