Неожиданный наследник 2 (СИ)

— Скорее всего, это был яд, — чуть ли не прокричал Карл Фёдорович, когда смог говорить, — Графиню отравили, но это не точно. И я не должен…

А я снова будто заледенел. Больше у меня нет чувств, а есть желание узнать правду. И если для этого придётся разрезать Крузе на кусочки, то так тому и быть. Пусть потом я об этом пожалею.

— Уж тебе ли не разбираться в ядах, — шиплю ему в лицо, — Только попробуй не рассказать мне всё. Живо!

Доктор догадался, что жизнь его висит на волоске и быстро зашептал.

— Вчера я сразу поехал в геру Линдеману, мне надо было передать ему корреспонденцию от германских коллег.

Сначала неохотно, но затем он рассказал мне, как был вызван к Анне Михайловне, когда у неё началось кровотечение. Андреас сразу предположил неладное, но было уже слишком поздно.

— Подожди. Линдеман ведь акушер? Вы с ним пишите совместную диссертацию, — зачем-то уточнил я.

— Совершенно верно. Он начал наблюдать госпожу Строганову, когда стало понятно, что она непраздна. Сначала Андреас предположил, что кровотечение и последующий выкидыш вызваны естественными причинами.

Графиня много времени провела в дороге, возвращаясь с поместья, и могла растрястись. А за три дня до этого она была на балу, где много танцевала. Так бывает, что… Вы не знали про ребёнка? — удивлённо воскликнул доктор.

Каждое слово Крузе было раскалённым гвоздём, который вбивали мне в сердце. В глазах потемнело, а наружу рвался крик боли. Я думал, что хуже уже быть не может. Хочется всё бросить, забиться в угол кабинета и выть в пустоту.

За что?

И одновременно с новой волной отчаяния из глубины души полезли иные чувства. Что-то древнее, злое и очень нехорошее пробудилось только что. Мне очень хотелось убивать. Без разницы кого, да хоть вжавшегося в стену медика. Тот попытался отшатнуться от моего взгляда и снова забился, будто птица в силках. Понимаю, что моё состояние может перейти в неуправляемое безумство, отхожу от Крузе и сажусь в кресло. Сжимаю подлокотники до треска в костях, пытаясь взять себя руки.

— Мне более ничего неизвестно, — прохрипел Карл Фёдорович, пытаясь устоять на ногах, — Хотя, есть ещё кое-что. Андреас был напуган и не стал проводить вскрытие. Вернее, дело взял на себя гоф-медик Лидерс, присланный мужем Анны Михайловны. Строганов пользуется услугами этого доктора, и прознал о недомогании супруги. При нём графиня и отдала богу душу. Только Линдеман сразу заподозрил неладное, но до сих пор молчал. Он и мне бы не рассказал.