Неожиданный наследник 2 (СИ)

Если свои куски Польши захотят Австрия и Пруссия, то и мы присоединимся к пиршеству. Если вам любопытно моё мнение, то я сторонник освобождения русских земель, где проживает православное население. В этом случае можно оставить независимую Польшу и Литву. Только этого не будет, а мои соображения просто слова. Решение принимают другие люди.

Беседа с поляком заняла ещё некоторое время. Вроде разговор касался всего понемногу, но собеседник с завидным упорством пытался узнать моё мнение по многим политическим вопросам. Зачем ему это? Ведь никто не допустит к управлению державой вчерашнего узника, который начал толком говорить несколько месяцев назад.

Но Ржевуский производил приятное впечатление и оказался хорошим рассказчиком. Ещё и неплохо шутил на русском, который знал не хуже меня. Мы решили, что встретимся вновь и, скорее всего, в салоне Трубецких. Если меня туда отпустят, конечно.

— Это когда они успели? Я же был у вас неделю назад? — спрашиваю отца и трудом гашу раздражение.

Сегодня я приехал в Шушары позже, и всё семейство уже было на игровой площадке.

Хотел тоже присоединиться к галдящей и скачущей орде, но был остановлен Антоном Ульрихом. Он предложил прогуляться с другой стороны усадьбы, где небольшая дорожка вела к реке. Сегодня солнечно и тепло, так почему не пройтись?

А вот новости, которые поведал отец, совершенно меня не радовали. Мы не виделись целую неделю и вдруг такой поворот. Не знаю, по какой причине, но мне снова ограничили посещение родных. Теперь я могу приезжать к ним в субботу и оставаться с ночёвкой, но в воскресенье обязан вернуться домой.

Вернее, теперь уже понятно, зачем нужны все эти ухищрения. На неделе в усадьбе появился Фёдор Орлов, причём дважды.

Посещение младшего брата фаворита вызвало в Шушарах настоящий переполох. Ведь мои наивные родственники привыкли жить замкнуто, сторонясь незнакомцев и стесняясь появиться на публике. И если Лизу усиленно готовили к выходу в свет, то Петя с Лёшей совершенно безнадёжны. Со временем они будут готовы, но, похоже, оба не стремятся к придворной жизни.

Зато братья серьёзно увлеклись земледелием и садоводством. В мой последний приезд они робко спрашивали про возможность создания оранжереи и получения в будущем поместий, где хотели бы жить. Подобное желание радует, надо бы ещё заняться их обучением и пригласить наставника, знающего ботанику и агрономию.

Что касается семьи, необходимо учитывать незаконнорождённых детей отца, которых аристократия никогда не будет считать людьми.