Неожиданный наследник 2 (СИ)

Только я никогда не прощу убийство любимой женщины. Пусть мне придётся пострадать и даже умереть, но убийца будет наказан. Пустота в душе никуда не уходит и только мысли о мести, дают мне силы жить. Может, со временем это пройдёт и боль от потери притупится. Только куда девать собственную совесть? Она же останется со мной. Как можно жить, изображая из себя довольного судьбой простофилю, если какие-то сволочи вырвали часть твоей души?

Нынешняя императрица и её окружение невиновны в моём заключении. Это преступления других людей.

И у меня нет злобы на случившееся, кроме обиды. Ведь нас бросили даже собственные родные. Так чего пенять на чужих? Я пересмотрел своё отношение к произошедшему, и перестал видеть в Екатерине корень моих бед. Только смерть Анны — иное дело.

Поэтому я не ответил отцу и просто пошёл обратно в усадьбу. Антон Ульрих семенил следом и тоже молчал. Тем временем со стороны площадки раздались новые счастливые крики, извещающие о победе одной из команд. На душе сразу стало тепло, и я даже улыбнулся.

Может, обойдётся? Не могут же нашу семью преследовать исключительно неприятности?

— Ваше Высочество, я так рад! Как долго мы ждали этого счастливого момента.

Князь Трубецкой начал заливаться соловьём, как только мы с Алонсо переступили порог его дома. Мне, наконец, разрешили самому выбирать места для посещения, чем я не преминул воспользоваться. Невозможно посвящать всё время только обучению. Иногда наступает физическое и умственно бессилие, когда тело с мозгом перестают справляться с нагрузками.

За последние три недели я основательно себя загонял, а испанец даже отменил вечерние занятия. По его словам, надо больше отдыхать и чаще менять обстановку. Поэтому мы решили посетить литературный салон, дабы немного расслабиться.

А вот собравшаяся у князя компания сразу насторожила. Да, здесь были «литераторы» и даже приехавший из Москвы Херасков. Михаил Матвеевич пользуется огромным уважением у просвещённой публики и мне тоже любопытно с ним пообщаться. Только зачем здесь десяток представителей знатных семейств, а ещё послы Австрии, Польши и Саксонии? Если появление в салоне пана Ржевуского понятно, то появление двух других господ настораживает.

Мне хотелось поговорить о литературе, похвастаться своими небольшими успехами и послушать о достижениях других. Сомневаюсь, что иностранцы хорошо разбираются в русском искусстве.

— Что это, Ваше Высочество? — удивлённо произнесла Екатерина Петровна, принимая от меня небольшую коробочку.