Неожиданный наследник-3

Я бы не стал заострять внимание именно на этом, ведь у Ефремова хватает иных грехов.

— Старшина Сулин потянет командование войском? Он показался мне весьма толковым человеком, — задаю вопрос, уже решив судьбу атамана, — И не будут ли казаки бузить?

— Семён Никитич — справный казак. Более того, именно от него и других старшин, попираемых Ефремовым, я и получил сведения о казнокрадстве. А вот про связи с шамхалами мне донесли в Астрахани другие люди.

— Да плевать я на тебя хотел, выблядок немецкий, — прохрипел висящий на дыбе атаман, — От вас православным одни напасти.

Как короновался бесноватый Петрушка, так и не стало жизни на Дону. А теперь дай мне спокойно умереть. Я вам, извергам, всё сказал.

Ефремов оказался на удивление крепок духом. Только палач Шешковского знает своё дело. Не буду описывать пытки, но ломали преступника с явным умением, заставив заговорить.

Если брать сам арест атамана и его ближников, то всё прошло спокойно. Казакам давно надоел этот павлин, который ещё и получил должность по наследству.

Только отец нашего героя был действительно отличным воином и толковым правителем. А его отпрыск надежд не оправдал. Пока Данила Ефремович был жив, добровольно уйдя с должности, Степан особо не чудил. А вот далее полезли демоны, овладевшие разумом нового атамана. Ему не хватало денег и почестей. Наш герой решил замахнуться на большее.

Если кратко, то Ефремов вступил в сговор не только с кумыками и черкесами. Он состоял в переписке с великим визирем Чорлулу, обсуждая создание независимого донского государства и поддержки его со стороны османов.

Одновременно наш герой запрашивал у Екатерины возможность по увеличению своих полномочий. Атаман просто хотел превратить земли войска в собственную вотчину. Понятно, что всё было сложнее. И наши власти, как всегда наломали дров. Нельзя считать свободолюбивых казаков чуть ли не крепостными крестьянами. Представители столицы гнули казаков под себя, часто не учитывали их мнения, да и старшин низвели чуть ли не до слуг. Что не отменяет предательства Степашки.

— Мне любопытно, а как бы ты смотрел в глаза обычным казакам? Их же надо было убедить пойти на предательство. Но я ведь вижу, что большая часть не мыслит себя без России и считает тебя ряженым скоморохом.

Атаман поднял голову и попытался изобразить ненависть. Но сосуды в его глазах полопались, что вызывало больше жалость, нежели страх.

— Твои сатрапы довели народ. Казаки в любом случае восстанут, и не я тому причина.