Да и кажется мне, что плохого Егор ничего не сделает. Хотя бы потому что я знакома с его мамой. — Ладно, подруга, раз нам не по пути сегодня, то я пошла в аптеку, а ты будь умницей и напиши мне, когда будешь дома, — мы чмокаемся на прощание, и я съеживаюсь, когда она отходит. С ней было почему-то чуть легче.
Было бы идеально просто пройти мимо и сделать вид, что Егора не существует, но он стал в самом центре дорожки, так что если бы я и захотела пройти мимо, то делать это нужно было по его машине. Ну или голове. И оба варианта меня не устраивают.
— Надеюсь, ты ждёшь не меня, — я, наверное, похожа на стерву, но меня это ничуть не смущает. Складываю руки на груди, придавая своему виду максимальное безразличие, и приподнимаю бровь, ожидая ответа.
— Тебя, Неженка, — он опять улыбается. Я не понимаю, почему эти хоккеисты всегда улыбаются? Им так весело живётся в обличиях придурков, что улыбка с лица не сходит? Мне вот вообще рядом с ним не весело, ни на одну секундочку даже. — Возьми цветы, а? Я от чистого сердца, в качестве извинений за то, что был придурком.
— Что значит «был»? Ты и не переставал им быть, — до общения с Лизой я такой стервой не была, честное слово. Но меня все устраивает, без этой змеи я бы наверняка была более мягкой, а такие придурки, как этот Егор, именно мягкости и ждут. Не тут-то было, дорогой мой.
— В любом случае эти розы тебе, бери, — он протягивает цветы, и бо-о-оже, как же они пахнут, какие же красивые. Сумасшедшее желание схватить букет — а он большой, в нем не меньше двадцати пяти роз — и зарыться в него носом, вдыхая пьянящий аромат.
Я обожаю розы всей душой, а кремовые ещё и сердцем, и мне невероятных усилий стоит одарить эту прелесть — не Егора, цветы, — равнодушным взглядом и закатить глаза."
"— Оставь себе, мне от тебя надо только одно: чтобы ты отстал! Что прилип, а? Куча девчонок вокруг, выбери кого посговорчивее, а меня оставь в покое, правда. И пройти дай.
Надеяться на то, что не отвалит так просто, нет смысла, да? Он же тугодум явно, не понял даже после того, как получил коленом между ног.
А удар у меня сильный, я точно знаю, я в зал регулярно хожу. Но, видимо, надо было сильнее. И по голове.
— Не могу я, Неженка, понимаешь? Вижу тебя, и сердце заходится, даже дышать тяжело.
— Тогда советую посетить кардиолога, — я злюсь и хмурюсь, а потом разворачиваюсь и обхожу машину и Егора прямо по клумбе. Благо снег, и никаких цветов я не растопчу, но увидел бы наш охранник, в живых меня уже не было бы.
