Непобедимая и легендарная

Никто не покушается на ваши монархические убеждения, но, с другой стороны, мы не можем терпеть никакие враждебные действия по отношению к советской власти.

И еще… Бывший император Николай Александрович высказал пожелание принять участие в ликвидации неграмотности в нашей стране. И сейчас он сотрудничает в этом благородном деле с нашим наркомом просвещения товарищем Луначарским. Чем занимается его брат, Михаил Александрович Романов, вы сами успели увидеть. Может быть, вам, как истинному монархисту, тоже заняться полезным для России делом.

Если вы хотите, я могу дать вам рекомендательное письмо к нашему наркому здравоохранения товарищу Семашко. С вашим медицинским поездом, как мне кажется, вполне управится ваш помощник. А вы отправляйтесь в Петроград и там займитесь формированием новых санитарных поездов для нужд нашей армии. Да и не стоит забывать об опасностях эпидемий – тиф, холера и прочие сопутствующие войне и разрухе заболевания могут принести много горя нашему народу. Как, вы согласны помочь своей стране?

Пуришкевич, немного подумав, кивнул.

– Хорошо, Михаил Васильевич, я согласен. Пишите письмо товарищу Семашко. Я готов завтра же выехать в Петроград.

К середине декабря 1917 года – это если считать по старому стилю – жизнь на бывшем императорском флоте понемногу стала налаживаться. С тем, что было «до без царя», новые порядки, конечно, сравниться не могли, но того бардака, который наблюдался на кораблях всего три месяца назад, уже не было. Роль судовых комитетов постепенно сошла почти на нет.

Да и в новых их составах, избранных после октябрьских событий в Петрограде, преобладали люди степенные, рассудительные, в основном из сочувствующих большевикам старослужащих.

Среди комиссаров, назначенных на корабли партией большевиков, незнакомых с флотом людей тоже не было. На этой должности оказались старослужащие матросы и кондукторы, только уже не сочувствующие большевикам и не кандидаты в члены партии, а полноценные члены РСДРП(б), поддерживающие линию Сталина – Тамбовцева на трансформацию старой государственной машины.

Богом избранных, обиженных судьбой и альтернативно одаренных среди этих людей не было. Комиссаром всей направлявшейся на север эскадры был назначен Иван Давыдович Сладков, унтер-офицер 1-й статьи, комендор с линейного корабля «Александр II». В декабре 1915 года, после восстания на линкоре «Гангут», он был арестован и за революционную деятельность осужден к семи годам каторжных работ.