"
"— Этого ты хотела? — спрашивает он зло. Наверное, он ненавидит меня сейчас, только имеет ли это значение?
— Тебя, — отвечаю я. — Я просто хотела тебя.
Шакировы всегда получают то, чего хотят, ему ли не знать. Только мечталось мне о счастье до гробовой доски. Но — нельзя быть жадной. Нужно брать то, что судьба готова отдать. Поэтому обхватываю его шею руками, обвиваюсь своим тонким телом вокруг него, не выпущу его… До утра. Глупый храбрый заяц.
— Твой будущий муж… — говорит Руслан.
— Объелся груш, — смеюсь я. Руслан смотрит с удивлением, и я отвечаю на невысказанный вопрос.
— Нет, я не пила. Ты же знаешь, я хорошая девочка. Институт с красным дипломом. Девственница. Сына рожу мужу… И всю жизнь, всю жизнь… буду делать то, что нужно. Но не этой ночью, Руслан.
Лет через пять я буду думать, что была сейчас до смешного наивной. Не представляла, что мог сделать Динар с Русланом.
Не думала об этом совсем. Понимала только, что если распрощаюсь с постылой девственностью в объятиях Динара — просто наложу на себя руки.
— Если ты сейчас не уйдешь, то назад пути не будет, понимаешь? Не проси потом остановиться.
— Я никуда не уйду.
Руслан сдаётся со стоном. Прижимается губами к жилке на шее, туда, где так дико пульс стучит, что кажется, просто сердце из груди выпрыгнет. Я думаю — если он трахнет меня прямо здесь, на полу…то я сама заслужила. Но он несёт меня в постель. Словно пушинку несёт, наверное и не замечая моего веса. Бросает на кровать, опускается сам, матрас жалобно скрипит под его весом.
Рвёт моё белье. Чёрное кружево, которое я так тщательно выбирала, не выдерживает напора его страсти и ярости. Трусики рвутся, ткань натягивается и врезается в кожу, но я не обращаю внимания на боль. Я голая, впервые в жизни голая перед мужчиной. Не перед кем-то там, перед Русланом… Я хочу его, но все же дергаюсь в испуге, когда мужская ладонь ложится на промежность. Словно трезвею на мгновение и понимаю, что натворила.
— Всё, — чётко, спокойно говорит он, касаясь щекой моего уха. — Поздно, Заяц.
Я предупреждал.
Нависает надо мной сверху. Огромный такой, что не объять. И касается губами моих губ.
Поцелуй жалит, язык скользит глубже в рот, щетина царапает нежную кожу моего лица. Его рука накрывает мою грудь, сжимая, соски тут же твердеют от возбуждения.
— Руслан, — тяну, и его имя кажется самым интимным звуком, которое исходило из моего рта. Он шумно выдыхает, — предварительные ласки пришли к концу, я же не за романтикой сюда пришла. Я спешу урвать своё.
