Неподкупные

Каратист этот кого-то из блатных сильно покалечил. Обычно по таким делам свидетели не находятся, а тут как будто кто-то команду дал каратиста этого слить. Может, Рычаг поспособствовал. За тяжкие телесные Шуринов и ушел. Вагон столыпинский, кругом решеточки… Значит, в прошлом году вернулся. И Рычаг на свободе…

– Да. И я так понимаю, что между ними не все гладко. Борьба за сферы влияния, так сказать…

– Да, борьба – дело серьезное… Только нам какое до этого дело? Организованной преступностью ГУВД занимается, зачем нам у ребят хлеб отбирать?

– А если труп случится? Вдруг в драке кого-то убьют.

А если Шурин прикажет убить Рычага?

– Рычаг в законе, за него особый спрос. Шурина самого к смертной казни приговорят; я думаю, он это понимает. У воров с этим очень серьезно. Там своя система исполнения наказаний. Смертных наказаний…

– Может, Шурина не испугает эти система? Или он кого-то другого прикажет убить. Того же Пашу Мохнатого…

– Все может быть, – кивнул Ревякин. – Вон в Москве чуть ли не каждый день кого-то убивают.

Как бы и у нас тут беспредел не начался. Все к этому идет… Да, ты прав, Богдан, информатор нам в этой банде нужен. И если Несмеянов созрел для этого, надо его срывать… Но Журавлева мы оформим. За сопротивление представителю власти…

– А с Багрянюком что?

– Понимаешь, лейтенант, в чем дело, – скривил губы Ревякин. – Работа с агентами – дело тонкое, щекотливое, я бы даже сказал, интимное. Вот нас целая команда – начальник наш Вася Шумов, Олег Варенцов, Ренат Батаров, Юра Филиппов, Гена Федорук, Коля Скальцев.

Коллектив у нас крепкий, что называется, спаянный и споенный. Мы во всем друг другу помогаем, даже «палками» по раскрываемости делимся. Потому что без этого нельзя. Не будет коллектива – не будет и работы. Но у каждого из нас есть свои деликатные дела. Или даже интимные. Жены, любовницы – это личное. И агенты тоже из этой серии. У каждого свои агенты, Богдан. Ты находишь человека, сам решаешь с ним, сам его выпутываешь, берешь его на расписку, работаешь с ним. И работаешь так, чтобы никто про него не знал. Преступный мир – это очень серьезно. Малейшая утечка информации – и всё, агента твоего находят с перерезанным горлом. Предателей у нас нет, но утечка из-за дырки бывает, а дырку может пробить просто неосторожно сказанное слово… Короче, если ты хочешь Несмеянова завербовать, ты не должен никому об этом говорить. Никто не должен о нем знать. Так лучше для дела… Ну, чего приуныл? – засмеялся Ревякин. – Не так все плохо.