Непокорная

— Нет? А о ком тогда? — удивляется подруга. — Я думала, вы встречаетесь.

Первая мысль была, сказать ей, что ничего подобного, но быстро пришла в себя. Ведь для всех так оно и есть, мы с Макаровым типа пара. И если бы я сейчас сказала, что это не так, то боюсь через час об этом знал бы весь универ.

— Ладно, угадала, я думала о нем, — поворачиваюсь к ней. — Теперь ты довольна? Быстро меня раскусила.

— Да ладно тебе, это же круто, и ничего такого в этом нет, — смеётся она в ответ. — На твоём месте, наверно, хочет быть любая девушка, он же такой красавчик.

Убейте меня, пожалуйста. Почему все, абсолютно все, думают лишь о парнях. Об учёбе бы так думала, чем о них. И потом, красивая внешность ещё не говорит о том, что человек хороший. Вон взять даже Соколовского. С виду красавчик, а на самом деле козёл редкостный.

— Спасибо, — постаралась мило улыбнуться, и снова отворачиваюсь.

— Слушай а у вас уже что-то было? Ты поэтому так краснела?

— Марин, ты совсем с ума сошла? — не выдерживаю, и чуть ли не кричу.

— Краснова, я смотрю вам совершено не интересно слушать о чем говорит преподаватель, — раздаётся строгий голос над моей головой.

Поворачиваюсь и вижу перед собой Илью Романовича, нашего преподаю по микробиологии. Виновато морщусь, стараясь сделать вид, что мне очень стыдно.

— Извините, больше такого не повторится.

— Конечно не повторится, потому что вы сейчас покинете аудиторию, и вернётесь сюда только после того, как хорошенько подумаете над своим поведением.

— Ну, Илья Романович, пожалуйста..

Капец, я встряла. Если этот дядечка что-то решил, то его очень трудно будет переубедить. И боюсь, что просто подумать о своём поведение у меня не получится он ещё не раз напомнит мне об этом в будущем.

Говорю же, вредный дядька.

Смирено соглашаюсь и принимаюсь собирать свои вещи. Вокруг тишина, все ребята во все глаза наблюдают за моими действиями. Так стыдно мне ещё никогда не было, и поэтому в очередной раз начинаю краснеть. Но в большей степени краснею от злости, потому что, моя подруга в это время делает вид, что её это не касается.

Замечательно, просто.

Кидаю напоследок убийственный взгляд в её сторону и покидаю аудиторию. Хотелось, конечно, громко хлопнуть дверью, но я ведь знаю, что тогда мне прощения точно не видать. Поэтому, тихо её закрываю и начинаю ругаться на чем свет стоит.

— Воу, Воу, полегче, Кареглазка, за такие слова можно и по попке получить, — раздаётся за спиной знакомый голос.