Непокорная

Он просто от меня не отстанет. И как с этим жить, не понятно.

Соколовский, конечно, сам виноват. Не нужно было спорить на меня, и теперь я просто обязана его растоптать, точнее проучить. Хотя, какая разница. С такими, как он, по — другому просто нельзя. Но вот во что это выльется мне, другой вопрос.

Как же сложно быть девушкой. Сначала влюби, потом разбей сердце, а дальше тебе ещё и жить с этим грузом на плечах. Вот парням хорошо, сунул, вынул и пошёл. Никаких тебе забот и хлопот. Главное — это красивая мордашка и подвешенный язык, чем я, жаль, не обладаю.

— Ты чего такая хмурая, Кареглазка? — интересуется мой мучитель, в упор разглядывая меня. — Уже жалеешь, что дала мне по носу?

Закатываю глаза, и мельком поглядывая на циферблат лифта, считаю сколько нам ещё ехать в этой душной кабинке. Мне не очень комфортно находиться с ним в замкнутом пространстве. Потому что в эти минуты он находится очень близко, а когда это так, то ничем хорошим это обычно не заканчивается.

— Ну во-первых, я сделала это не специально, а во — вторых, ни капли не жалею.

Это балбес довольно ухмыляется, и делает шаг ко мне.

— А не боишься ещё раз получить? — смеюсь и выбегаю из лифта, который так вовремя остановился и открыл свои двери.

Позади меня раздаётся громкий смех. Вижу кому-то очень весело. Хотя, не буду лукавить, мои губы тоже растянуты от уха до уха. Да и вообще, с того момента, как Соколовский получил по носу, я практически не перестаю улыбаться.

— Я понять не могу, детка.

Облокачивается на стенку, пока я вожусь с дверным замком, который имеет наглость постоянно заедать и порой его не очень легко открыть.

— Всё зависит только от тебя. Если будешь распускать свои руки, могу и покалечить, — не глядя на него, отвечаю.

Его руки ложатся на мою талию, и он всем телом прижимается ко мне со спины. Замираю, сейчас вот я должна его оттолкнуть, но продолжаю стоять и ждать, что он будет делать дальше.

Правая рука скользит вдоль моей и аккуратно обхватывает кулак, в котором я держу ключ.

Я практически не дышу, и совсем не сопротивляюсь. Его тёплое дыхание ласкает мою щеку, покрывая кожу мурашки. Тишину нарушает лишь скрежет металла об металл, пока он открывает дверь.

Замок щёлкает, а значит мы можем войти, но никто из нас не шевелится.