Непокорная для шейха (СИ)

Можно было говорить себе, что это из-за плотного графика, в котором уже больше полугода не было времени на секс, или из-за его гипнотизирующих глаз и властной энергетики — но особо дело это не меняло.

Я попала. Моя взбесившаяся чувственность решила в этот раз взять реванш за те времена, когда я не позволяла ей свести меня с ума.

Мужчин у меня было достаточно — я не отказывала себе в удовольствиях. Хранить девственность до свадьбы тоже не собиралась. Но уже сейчас что-то подсказывало, что все они и близко не давали мне то, что я получу в крепких объятиях Висама.

— Итак, Кира, — сбившимся голосом поговорил арабский принц, — Ты готова прямо сейчас увидеть мой мир и окунуться в самые яркие эмоции?..

Москва встретила прохладой и особым ритмом. Здесь кипела жизнь. Вроде похожая на ту, что была на родине, и одновременно не похожая.

Газаль была в восторге. Мне даже пришлось напоминать ей о правилах приличия. Пусть она выторговала себе право надеть европейские платье, только сейчас я понял, что не стоило идти у сестры на поводу.

Все мужские взгляды были устремлены на нее, буквально пожирали. Сначала ее это смущало, но кто устоит против массового чужого восхищения? Когда сестричка позволила себе подарить робкую улыбку молодому блондину, я отчитал ее прямо в аэропорту.

— В детстве ты не был так строг, — с обидой сказала она. — Ты назвал меня воительницей Луной. Учил меня силе духа. А помнишь, когда отец сказал, что я буду учиться в любом из американских университетов, стоит только выбрать между самыми лучшими? Я не хотела уезжать, была напугана, даже плакала.

— Я вырос. И ты тоже. И пора понять, что ты принцесса, репутация который должна быть безупречна. Скоро ты станешь женой достойного мужчины, отец выберет его. И ты должна быть смиренна и покорна, как подобает благочестивой жене.

— Прости, брат. Я забылась, — кротко ответила Газаль, опустив глаза.

Ей предстоит блюсти правила приличия. Я буду зорко за этим следить, пусть дух свободы европейского мегаполиса не отравляет развратным дыханием ее светлый разумом.

Что касается меня, я не связан такими узами благочестивости, как и положено мужчине.

Едва мне исполнилось пятнадцать, я перестал в чем-либо себе отказывать. Дорогие особняки, клубы, яхты, вечеринки.