— Разденься, — попросила я. — Хочу чувствовать твое тело. Хочу тебя.
Сабир глубже толкнулся пальцами вглубь моего лона, вынудив меня выгнуться в его руках, и с большой неохотой вышел.
Затем подплыл вместе со мной к бортику, и, убедившись, что я крепко схватилась за металлическую перекладину, расположенную по всему периметру бассейна, он наконец вышел и принялся расстегивать мокрую рубашку.
Симон явно очень не хотел оставлять меня с Сабиром, так как метеором сбегал за моим бокалом, но когда увидел, что Сабир на безопасном расстоянии от меня, то замедлил ход.
Подойдя к бассейну, Симон присел у бортика и протянул мне бокал, а я заметила, как напрягся взгляд Сабира. Он был в любой момент готов вновь броситься на мою защиту.
Я перехватила тонкую ножку бокала и принялась пить сладкое вино мелкими глотками. Симон тем временем засучил рукав своей рубашки и схватил меня за грудь в воде. Как обычно скорее было больно, чем приятно, но я лишь подалась навстречу его руке.
— Моя Искорка, — возбуждённо рыкнул Симон.
— Ты сегодня просто невероятная. Хочу тебя всю. Во все твои дырочки. Пока ты не сорвешь голос своими сладкими криками. Пока у тебя не останется сил на сопротивление.
— И ты не дашь мне немного перекусить? — я допила бокал и почувствовала, как вино сразу ударило мне в голову. — Я хочу кушать.
Я оперлась на локти и по пояс поднялась из бассейна, выставляя на показ грудь с тугими и замерзшими вершинками.
— Ещё! — потребовала я и протянула бокал Сабиру.
Пока мужчина наливал мне ещё порцию вина, я соблазнительно вильнула бедрами, призывая Симона к действиям.
Тот поспешил раздеться, а затем взял большую чашку с фруктами, сел на бортик и поставил эту чашку себе между ног. Я тут же прошлась ноготками по прессу мужчины и нырнула в чашку. Выудив оттуда веточку крупного винограда, я принялась отщипывать губами ягоды, а затем, зажав одну в зубах, я потянулась к Симону.
Мужчина больно схватил меня за волосы и притянул меня к себе, а затем грубо задев зубами мои губы, выхватил ягодку.
Я зажмурилась, чтобы задержать выступившие слезы, ведь он задел мне и без того прокушенную губу. А когда Симон меня отпустил, я просто нырнула, чтобы по моему мокрому лицу было непонятно, что мне больно.
Выплыв в середине бассейна, я поплыла к противоположному бортику, на ходу раздумывая. Даже просьба Сабира и выпитое вино не помогали мне принять грубость Симона.
Что же мне делать?
Позади раздался лёгкий плеск воды, и я поняла, что кто-то вошёл в бассейн.
