сейчас!
Сабир упёрся второй ладонью о стенку бассейна и принялся ещё резче и неистовее вторгаться в меня. Теперь и в его сексе появилось нечто грубоватое, но все же он не переставал заботиться обо мне.
— Сабир! — тихо шептала я, растворяясь в удовольствии. — Ещё... Пожалуйста...
Мужчина сильнее сжал меня в объятьях, вызывая приятное удушье. Мне вдруг стало так приятно находиться в таких сильных и надёжных руках.
Мои крики становились все громче и смелее. Я уже не думала ни о чем, кроме себя. Пусть мне будет сейчас хорошо!
Ещё один мощный толчок и я протяжно заскулила от долгожданной разрядки.
Мои интимные мышцы сжимались, вынуждая ноги и руки ослабеть. Я беспомощно скользнула ладонями по кафелю и поплыла сознанием от удовольствия и выпитого вина. И тут же над моим виском раздался звериный рык блаженства моего босса. Он совершил ещё пару толчков и ещё крепче стиснул меня в объятьях.
— Искра, я люблю тебя, — проговорил он над самым моим ухом, но не шепотом. — И ты будешь моей.
Я совершенно не поняла, что сказал мужчина.
Вроде чётко услышала каждое слово, но будто не сообразила, что это означает. Зато я совершенно четко поняла следующие слова:
— В смысле ""любишь""?! — выкрикнул Симон, который стоял перед нами уже с полотенцем вокруг бедер. — Ты не охренел ли, дружище?!
Сабир сокрушенно выдохнул и вылез из бассейна.
— Спокойно, ладно? — он перехватил с лежака сложенное полотенце и также обвязал его вокруг бедер. — Давай просто поговорим.
Затем, не оборачиваясь ко мне, он бросил:
— Искра, выйди и укройся.
Ты уже замёрзла.
— Посмотри на них, какие милые! — Симон еле скрывал свое бешенство. — Ну и как давно ты трахаешь ее за моей спиной?
— Ни разу, — спокойным голосом продолжал Сабир.
— А сейчас это что было? — на некогда обаятельном лице мужчины появилась безумная улыбка. — Ты ей спинку тер? И, судя по всему, не руками.
— Симон! — я закуталась в широкое полотенце и направилась к мужчинам.
— Не лезь! — Сабир преградил мне путь рукой.
— Нет, отчего же? — Симон уставился на меня яростным взглядом.
— Может ее речь мне покажется более убедительной?
— Симон, пожалуйста, выслушай меня! — проигнорировав Сабира, я подошла к нему на расстояние вытянутой руки.
— Я весь твой, Искорка, — с издёвкой ответил он. — Я всегда был твоим...
— Ты мне нравился! — выпалила я. — Очень! Мне было так хорошо с тобой. Я все хотела тебя понять и принять...
— Да? — продолжал язвить он, и в неприязни сложил руки на груди.
