А еще вчера кто-то требовал повышения! Думаешь Сабир даст его тебе после сегодняшней выходки? Адрес! Живо!
Я быстро назвала адрес, сказав, что сейчас выйду к дороге.
– У тебя одна минуты, чтобы выйти! – процедил Симон. – Через минуту позвоню!
Я уставилась испуганным взглядом на мужа, тщательно скрывая злорадство, что с насилием он прокатил сам себя. Я бы и не увидела, что Симон звонит, но для мужа это похоже было действительно важно.
Так и есть. Он снова грязно выругался.
– Если ты хоть слово скажешь о нашем разговоре Либерману или Ниязову, – со злостью процедил муж, – я пущу тебя по всем своим деловым партнерам.
Будешь год работать ртом за еду. А жить будешь как собака у меня во дворе. Поняла, дрянь?
Я молча кивнула."
"Пошла вон! – он вытолкал меня с кровати. – Но не думай, что сегодня я не возьму свое. Приедешь ко мне вечером. Сама. Тогда получишь маленькое снисхождение, и я разрешу тебе остаться на ночь в моей спальне. Чтобы ты не возвращалась в свою нищебродскую квартиру.
Я снова тщательно подавила злорадство.
Я больше не живу в нищебродской квартире. А мои боссы вряд ли отпустят меня куда-то вечером после after party. Но знать это мужу сейчас не обязательно. Поэтому, сохраняя испуганное выражение лица, я быстро собрала свою сумку, телефон, туфли и пулей выбежала из спальни мужа.
Я уже припустилась бежать босиком к главной дороге, когда снова позвонил Симон.
– Искра, ты где? – спросил он уже более ласковым тоном. – Я уже на месте.
– Бегу! – коротко ответила я, запыхавшись от бега. – Еще две минуты, пожалуйста! Я уже бегу!
– Моя малышка, – Симон явно улыбнулся.
– Не нужно бежать. Просто скажи куда мне подъехать, чтобы я тебя забрал.
– Я тебя вижу! – ответила я, как раз выбежав к дороге, но машина Симона стояла намного дальше. – Сейчас!
– Глупышка, остановись, – Симон завел машину. – Я тоже тебя вижу. Сейчас подъеду.
Выбившись из сил, я перешла на быстрый шаг. И через минуту я села к Симону.
– Малышка Искра, – Симон заправил мне за ухо выбившиеся пряди. – Прости за наезд.
Ты не отвечала на звонки, и я подумал, что ты опять сбежала. Поэтому так злился.
– Ничего, – тяжело дышала я. Сейчас грубость Симона была мне даже на руку. По крайней мере спектакль перед мужем удался. – Есть вода?
Симон протянул мне бутылку с водой, и я с радостью ее приняла. Наконец утолив свою жажду, я открыла дверь машины и начисто вымыла свои ступни после бега босиком. А затем, насухо вытерев их салфетками я обулась и наконец приняла свой прежний опрятный вид.
