Непокорная для тирана (СИ)

И я хочу притормозить Валиева. Только откладываю этот разговор, потому что портить выходные не хочу.

Подбросив меня в мой же салон, мужчина уезжает по своим делам. Коллеги, естественно, тут же набрасываются с вопросами. Их всех интересует одно: кто он.

— Ну всё, девочки, потеряли мы лешмейкера, — с сарказмом выдаёт Катя, крутясь в кресле и посматривая с некой завистью, что ли. — Надо хозяйке сказать, пусть ищет нового сотрудника.

— С чего вдруг? — раздражённо бурчу.

— Не верти головой, — останавливает парикмахер, что занимается моими волосами.

— А зачем тебе в салоне работать, когда за тобой такой папик бегает? — хмыкает девушка.

— Давно ли ты начала обращать внимание на возраст? — ядовито тяну. Почему-то меня расстраивает именно этот момент.

— Хватит вам! — прерывает нас Лена, мой парикмахер и подруга. — У тебя окно? Вот иди инструменты простерилизуй.

Катя уходит к себе, а я благодарно улыбаюсь женщине. Остальные девчонки, не добившись пикантных подробностей, тоже разбредаются по своим рабочим местам.

— Значит, для него ты четыре выходных брала? — любопытствует подруга, когда мы остаемся, наконец, одни.

— Можно и так сказать."

"— Он в четверг приходил сюда, спрашивал тебя. Я как раз с обеда возвращалась, чуть не сбил меня. Вылетел очень злой. Похоже, твой сюрприз удался, — улыбается Лена.

— Приходил сюда? — переспрашиваю и получаю кивок. Чувствую себя глупой влюблённой дурочкой, потому что губы сами растягиваются в широкой улыбке от простого факта, что Валиев искал меня.

В салоне застреваю почти на четыре часа. После стрижки, укладки и вечернего макияжа сама себе обновляю маникюр. И, наконец, при полном параде еду домой. Благо платье ещё с вечера было подобрано и одобрено одним тираном деспотичным. Поэтому к приходу Валиева я полностью готова.

— Пиздец, Крис, — выдаёт мужчина, когда я открываю ему дверь.

Его взгляд жадно скользит по мне, останавливаясь на декольте и выглядывающих холмиках. Острый кадык дёргается, в воротник врезается.

Саид ближе шагает, за талию подхватывает, явно намереваясь меня поцеловать и прижать покрепче.

— Нет, Валиев! Стой! Испортишь причёску и макияж — я никуда не пойду! — тараторю, впиваясь ногтями в плечи.

Мужчина ругается на незнакомом языке, но из рук выпускает. Уходит принимать душ и переодеваться.