Непокорная. Огонь внутри нас (СИ)

Скотина! Да вы оба одинаковые! — кричит, ударяя в мою грудь кулаками. Я же не сопротивляюсь. Заслужил. Все ещё в трансе... Пытаюсь хоть что-то сообразить. — Она же ушла. Согласилась на все. Нигде работу найти не могла. Как произносила свою фамилию, так все выгоняли ее прочь, Кирилл. Зачем ты так с ней?

— Я не понимаю, о чем ты, Ален. Я всего лишь не хотел ее здесь, в этом клубе. Так надо было. Поверь, так надо было поступить. Я был вынужден. Ради ее же блага. Но я...

— Значит, твой отец, — подытоживает Лена. — Твой отец, Кирилл.

А ты, как любящий парень, прямо круто с ней поступил. Замечательно позаботился. Всякой ерунды ей наговорил, сердце сломал. А сейчас стоишь тут, перед нами, мямлишь. И чё? Чего ты добился, Бессмертный? Это ты Лизу отблагодарил за то, что она жизнь тебе спасла? Я же знаю, Кирилл, что не будь ее... Если бы она не ввела в курс дела твоего отца, то ты давно под землёй сгнил бы. Ан-нет! Лиза тебя предала, да? Твою тайну раскрыла? Перед отцом унизила? И чё? Вон, она тоже унизилась. Но встала и гордо вздернула подбородок, пошла дальше. А знаешь почему? Да потому что для нее была важна твоя жизнь. Потому что она по-настоящему любила! Она давно смирилась... Знала, что ты ее не простишь, но все равно... Она была счастлива, что ты жив! Жив, черт возьми! Но будь я на ее месте... Давно плюнул бы и на тебя, и на твою жизнь. Я не такая... Не позволю меня унизить!

Меня на части разрывает. Смотрю на девчонок, оглядываюсь и понимаю, что все сломал собственными руками. Всего лишился, хоть и пытался сделать как лучше.

Да, Никите помог. Да, он на свободе и отец больше не сможет к нему даже шага сделать. Да и вообще, отец теперь как инвалид. Без рук и ног. Пусть он пока не в курсе. Но... Лизы-то нет...

Где ее искать? Как найти? Где, черт возьми?!

Выхожу наружу. Потому что воздуха, млядь, не хватает. Стены клуба надвигаются на меня, давят. Становится трудно дышать, выдохнуть.

И нафиг мне все это надо?

Лиза думает, я из-за денег все это... Млядь! Но это совсем не так.

Все абсолютно иначе... Да только кому теперь моя правда нужна? Верно. Никому.

— Узнай, где она, Дан. Немедленно, — говорю другу, который останавливается рядом.

Бью кулаком в стену. Раз за разом. Пока костяшки не оказываются в крови. Даниил не останавливает. Знает ведь, надо хоть как-то остыть. Уходит, оставив меня одного. Головой биться хочется. И волком выть. Да только бесполезно.

— Да! — рявкаю в трубку, не заглядывая в экран.

— Где тебя носит? — рычит отец.