Я видел Яру. Видимо боль окончательно ее вымотала, ибо девушка обмякла в лапах твари. Я знал, что она жива, чувствовал это, но ее сознание постепенно ускользало.
Увернувшись еще от двух стрел, сильнее рассек крыльями воздух, отпуская магию, которая уже подбиралась к летящему существу.
И когда я уже поверил, что все получится, дождь из стрел поразил тело. Ощутил, как острый наконечник входит в плоть, разрывая кожу и повреждая внутренние органы. И все же, целью стрелявших были крылья. Несколько стрел проскочили, не застревая, оставляя сквозные раны, но страшнее было другое.
Металлическое острие раздробило кость, не позволяя лететь дальше. Уже в падении почувствовал резкую боль во втором крыле.
Лишь чудом я смог спланировать к озеру, подобно подбитой птице. А упав в воду, мгновенно рванул к берегу.
До гнезда было недалеко…
“У меня есть шанс успеть!”
Жжение, кровотечение, разбитые кости — все было неважно! Я должен был спасти Яру. Обломав древко стрелы, торчащей из бока, кинулся к скалам.
Дыхания не хватало. Легкие горели от усталости и травм, силы постепенно утекали, но я продолжал бежать, чувствуя, как мокрая одежда пропитывается кровью.
А потом все тело прошила безумная боль. Впервые я ощущал нечто подобное. Внутренности пронизывало огнем, раздирая меня на части. Последний воздух покинул легкие, и я упал на колени. Но все же физические мучения были ничем… Я знал причину этого ада…
“Нашей пары больше нет”.
Не мог молчать, чувства вырвались на свободу. Взревев на всю поляну, отпустил магию, что вытравливала траву подо мной, распространяясь подобно кислоте.
Я бился в агонии, страдал, ощущая, как умирает моя душа, и понимая, что ничего не могу сделать.
“Мы потеряли ее…”
Глаза затуманились болью утраты. Ад, что разгорался в моем теле нельзя было сравнить ни с чем другим. Я больше не чувствовал ее, лишь могильный холод на месте ярких чувств нашей маленькой человечки.
Вместе с побратимом мы умирали по утраченной паре, и общая боль переплеталась, становясь в разы сильнее.
Я молился, мечтая отправиться вслед за ней. Я не хотел так жить, не мог…
Пусть этот мир катится ко всем чертям, вместе с его обитателями.
Краем сознания отметил разгорающийся пожар недалеко от меня, и знал его причину. Вот только феникс не мог сгореть в собственном огне…
Поднявшись на нетвердых ногах, все еще чувствуя отголоски боли, направился к скалам, надеясь добраться до гнезда. Не знаю, зачем, но чувствовал, что должен.
