Непокорная жена генерала-дракона

– Пока сложно сказать… Леди Каролайн отдала много сил Эдварду, – ответил голос мэтра Бенедикта – я узнала его тихий, слегка хриплый рокот. – Всплеск мощного дара, да ещё сила вашего родового плетения – юная дева просто оказалась не готова к такой магической атаке. Её источник не выдержал, разорвался, и это спровоцировало лихорадку. Если разрыв сумеет затянуться, она выживет, а если нет… – голос мужчины скорбно затих.

Последовало долгое молчание.

Я была в сознании, но не могла пошевелить даже пальцем. Чувствовала лишь, как грудь сдавливает что-то тяжёлое и обжигающее.

А потом я ощутила, как меня взяли за руку и погладили пальцы. Это был генерал – его ладонь я могла безошибочно узнать даже в темноте – он касался меня по-хозяйски, но ласково. И от его прикосновения разливалась по нутру особенная сладость, придававшая сил. Мне было очень приятно, и боль отступала. Захотелось даже заурчать, хоть я и понимала, что ласкают не меня.

"– Удивительно, при такой лихорадке родовое плетение отверглось бы моментом, ведь источник словно вывернут наизнанку, – проговорил мэтр. – Но ваша супруга отчаянно борется.

Скарсгард сплёл наши пальцы и сжал мою ладонь крепче, ничего вслух не ответив.

Если я потеряю плетение, то генерал умрёт – и вдову, наверняка, ничего хорошего не ждёт. А вдруг вдов драконов отправляют в могилу вслед за мужем? История знает много подобных традиций!

Я не должна допустить потери родовой силы!

Живо собралась, Света, и держи плетение, от этого во многом зависит твоя жизнь!

Скарсгард прижался горячими губами к моему влажному холодному лбу и погладил по щеке.

По сердцу пробежал колючий холодок – вот бы мой бывший муж, Коля, так заботился обо мне. Когда я болела, он предпочитал не отсвечивать, а когда я просила подать таблетку и стакан воды, то делал всё шиворот-навыворот, и охота просить помощи давно уже у меня атрофировалась.

Скоро снова наступила тишина. Но после объятий генерала уже не такая страшная, и никакие призраки ко мне больше не приходили. Скорее всего, я просто заснула, расслабленная столь редкой для меня лаской.

Тревожилась лишь о том, как выкарабкаться и сохранить родовую силу.

Прошло время, и я опять услышала голоса у моей постели. То, о чём они говорили, заставило похолодеть кровь в жилах.