Онлайн-библиотека книг
Вот и я вела себя, как паинька, после тяжёлого дня в школе всё для мужа сделать старалась: и обед приготовить, и рубашечки выгладить, а он в это время развлекался с другой…
– Ваша светлость, замрите, я сейчас сделаю портрет! – оторвал нас от рычания друг на друга пожилой мужчина во фраке с седыми бакенбардами.
Он поставил на пол стойку со сверкающим светло-розовым кристаллом в оправе и напротив неё – чистый холст размером в человеческий рост. Похоже на старое фотоборудование, но какое-то странное.
"Генерал расправил плечи, сделал лицо кирпичом и прижал меня к груди так, что стало тяжело дышать.
Когда упёрла ладони в грудь своего супруга, сопротивляясь слишком тесным объятиям, то увидела, что мои руки ослепительно светятся, как лампочки!
– Ой, что это?!
Я взволнованно закрутила ладонями, на что генерал громко хмыкнул, схватил меня за руки и вновь прижал к своей груди.
– Это светится плетение моей родовой силы, которое я передал вам через поцелуй, – сказал он, строго поглядев на меня сверху вниз.
Я не успела опомниться, как генерал Скарсгард поднял меня на руки и стремительно понёс из торжественного зала в отдельную комнатку, в которой царил романтический полумрак и горели свечи вокруг большой кровати.
Брачная ночь? Прямо сейчас?!
А как же свадебное застолье и всё такое?!
3
Генерал Георг Скарсгард
Он вспомнил, как год назад ему в холодный северный гарнизон пришло письмо с короткой фразой:
“Я люблю вас, скучаю, хочу быть вашей”.
Это было не первое письмо юной герцогини Вестор, но он решил, что последнее, – он сейчас же вернётся в столицу и сделает ей предложение.
И сделал.
Своему внезапному решению Георг сам был удивлён, но, похоже, долго тяжелившая сердце тоска после предательства невесты в далёком прошлом требовала заглушить её теплом семейного очага.
– …Меня отравили, друг мой… – проговорил умирающий Рейнард на смертном ложе. – Я никому не доверяю во дворце, кроме тебя.
