Он все-таки не узнал меня. И даже стоя так непозволительно близко.
Почему-то это разозлило.
Но зелье было сильнее этого чувства.
Герцог наклонился, и темно-русые пряди упали на лоб.
– Элеонора. Меня зовут Элеонора, – ложь слетела с губ раньше, чем я успела обдумать. – И, мне кажется, я ошиблась комнатой.
Глава 10
Все силы уходили на то, чтобы не сделать шаг навстречу герцогу, не уткнуться носом в загорелую шею и не втянуть тот аромат, что едва доходил до меня. Не провести рукой по волосам, не коснуться губ, искривленных усмешкой.
Эта полуулыбка заставляла ноги слабеть, а сердце – пропускать удары.
Богиня, помоги!
Теперь надо развернуться и уйти… Когда так хочется остаться."
"Я заставила себя это сделать с большим трудом. И совсем не ожидала, что герцог остановит меня.
Его огромная ладонь обхватила мою руку. Магия воздуха всколыхнула пространство и заставила мой огненный шар потухнуть.
– Что вы себе позволяете?!
Спасибо Богине, у меня еще хватало сил сопротивляться.
– Разве вы не этого хотели?
– Нет, – что бы он там себе ни напридумывал.
Голос подвел, внутри поднималось пламя, но не собственной магии. Это было что-то совершенно новое, незнакомое. Жар распространялся по телу, словно вместо крови в жилах текла лава.
Губы пересохли, неосознанно я провела по ним языком. Сейчас бы умыться холодной водой или прыгнуть в горную реку. Чтобы поток ледяной воды остудил меня и унес подальше.
Хоть как-то унять этот жар.
– Вы лжете, – оказалось, герцог мне не поверил.
Ощущение чужих губ на своих – сравни глотку свежего воздуха.
Но жар это не утихомирило, наоборот, распалило еще сильнее.
Сердце из груди выпрыгивало. Герцог поцеловал меня.
Помню, как мечтала об этом десять лет назад. Мне было всего пятнадцать, но я считала себя уже достаточно взрослой для поцелуев.
Как же я ошибалась.
В этом поцелуе не было ничего невинного. Я до последнего не позволяла себе шевелиться, но Дерек Магред не мог оставить меня равнодушной. Тем более под зельем желания.
Богиня, я сама себе вырыла яму, из которой теперь не выберусь.
Ноги не слушались, и если бы герцог не удерживал мои руки, я бы точно не устояла.
Как это остановить?
Герцог поймал ртом мой тихий стон отчаяния. Будто читая мои мысли и не соглашаясь с ними, вдруг отпустил мои запястья. Но только для того, чтобы обхватить шею и впиться в мой рот еще глубже, нагло врываясь языком.
Еще теснее прижимая к себе другой рукой.
Этот порочный поцелуй лишил меня последних сил, чтобы сопротивляться зелью.
