И ничего кроме этого. Ни стен, ни потолка, ни пола, столбиков кровати и тех не видно.
Надеюсь, дом выстоял, и мы увидим его, когда свет и тьма развеются. А если нет, построим новый. И еще, и еще. Потому что мы точно это повторим много-много раз.
Пальцы дрожали, когда Дарк прикоснулся к жене. Не верилось, что все это реально. Что вот она — Марго — живая, настоящая, его. Можно ласкать ее, гладить, целовать, прижимать к себе. Как не сойти с ума от нахлынувших эмоций?
А впрочем, разум — ничтожная плата за счастье. Дарк отдал бы за Марго и больше.
Все, что угодно, даже жизнь, только бы не останавливаться. Потому что невозможно сказать себе «стоп», когда аж колотит от жажды обладать.
Все эти пуговицы на лифе… испытание для нервов и выдержки. Их как будто нарочно придумали, чтобы оградить женщин от домогательств мужчин. Дернуть бы с силой, пусть летят к кромешной тьме прямо в пасть! Но Марго испугается…
В конце концов, есть особое удовольствие в том, чтобы разворачивать эту конфетку медленно, слой за слоем, обертку за оберткой, смакуя и предвкушая момент, когда, наконец, доберешься до начинки.
Марго такая хрупкая и доверчивая. Идеальная от ярких волос до кончиков пальцев. Хочется быть с ней нежным и заботливым, но с ней так легко потерять контроль."
"Зацеловал ее всю, пробуя на вкус каждый участок шелковистой кожи. Губы у Марго как изысканный десерт. За ушком она — солоноватая, а ее шея отдает мятной свежестью. Но вкуснее всего Марго в самом интимном местечке — чуть пряная, немного терпкая и непередаваемо сладкая.
Дарк окончательно опьянел от этого букета вкусов. Он хотел бы наслаждаться Марго долго, смакуя каждую деталь, но страсть не позволила. Она подталкивала вперед и торопила. Ее невозможно было унять или сдержать.
В битве со страстью Дарк проиграл, когда с губ Марго сорвался первый стон. И все, контроль отключился, управление телом от разума перешло к инстинктам.
Дальше все было, как в тумане. Сладостном, обжигающем тумане взаимного желания и удовольствия. Вроде старался двигаться плавно, но рывка было не избежать.
Вторгся нагло, разрушая преграду. Еще никогда Дарк не был первым, а потом горячая упругая теснота ощущалась особенно ярко.
Марго дернулась под ним, когда они вместе перешли эту черту. Раскрылась ему навстречу, и Дарк начал движение. Он целовал распухшие губы Марго, терся, гладил и снова двигался. Быстрее и быстрее. Наслаждение — яркое, безумное — разливалось по венам, сводило судорогой мышцы, лишало возможности дышать.
