Непокорный трофей

Всегда видела? Скрывала? Предательница! – процедил он сквозь зубы.

Адриана и так стала ему поперек горла. Он собирался убить ее при первой же возможности, но она все время ускользала от расправы. Теперь понятно почему. Хотя и хорошо. Если ее запереть в темнице и использовать ее дар для себя. Он мог бы обмануть судьбу. Жить долго. Очень долго.

- Так как? – поинтересовалась Хельда, все так же вглядываясь в горизонт.

- Я согласен на все твои условия. Если ты выполнишь свою часть обязательств – я дарую тебе корону Элехории и власть над моим королевством.

Этхельда улыбнулась и склонила голову:

- Это большая честь для меня, мой повелитель.

Тобиас вскинул подбородок, даже не подозревая, как легко эта женщина меняла повелителей, и быстрым шагом направился к раздающему указания офицеру. Явно не элехорийцу. Видимо, из наемников. Но Хельда не придавала этому значения. Все что ей нужно она возьмет сама.

Этхельда вытащила кинжал из поясных ножен. Солнечный луч блеснул, затанцевав на острие. Голубоватые отблески пробежались по лезвию, словно напитывая оружие магией.

Быстрое резкое движение и две белых косички обвисли в ее руке.

Снежная ведьма убрала кинжал в ножны и сразу принялась читать заклинание.

Слова древнего языка проливались песней, могучей, как ветра снежных пустынь, холодной, как воды фьордов, вечной, как сама тьма.

Косички в ее руках дрогнули, ожили, поползли по руке, прячась в рукаве. И через мгновение на землю уже сползли две тонкие белоснежные змейки и голубыми глазами.

- Вы знаете, что должны сделать, - обронила Хельда, снова бросив взгляд на горизонт, откуда вскоре должно было прийти вражеское войско.

И сегодня Хельда расправится с ними, расплатившись за унижение, которое ей пришлось пережить!

Походные костры выплевывали снопы искр в ночное звездное небо. Веяло свежей прохладой от, казалось бы, спокойной реки. Долина меж двух холмов, словно укрылась черным одеялом, спрятавшись от людей.

- Это лучшее место для битвы, - заговорил Аск.

Торем рассеянно кивнул, вглядываясь в темноту ночи. Что-то тревожило его. Давило  на плечи дурное предчувствие. Словно он не доглядел, упустил что-то важное, но не мог понять что. Ведь все предусмотрел же. И все равно, казалось, вот-вот что-то произойдет.

Кейх, казалось, лениво и вальяжно лежащий у его ног, бросился в тощие заросли и спустя мгновение показался с куропаткой в зубах.