Непокорный трофей

На что Хельда загадочно улыбнулась и ответила совершенно уверенно:

Треснуло небо лиловой молнией. Ветер, срывая листья, ломая мелкие ветки, выхватывал жар из костров и бросался им в гущу мелкой схватки.

Ржание лошадей. Запах крови. Предсмертные крики воинов.

Довольно большой отряд, почти не скрываясь, напал на часовых. Словно испытывал силы орлейцев. Или… или просто отвлекал внимание, как ранее делал и сам Торем.

Кейх прыгнул на очередного нападавшего воина, и тут же вырвал ему глотку. Запах крови забил дыхание.

- Защищайте лошадей и провиант, - отдавал короткие приказы предводитель.

Кто-то еще выкрикивал приказы. Кажется, пирей Талис, раздавал команды.

Эта была короткая схватка. И закончилась она быстрее, чем началась.

Дурное предчувствие стальным обручем сжало грудь, но…

И снова этот ветер. Снова  гром, от которого глохнешь. Вспышки молний, от которых слепнешь.

Зверь брал верх над Торемом.

- Ты опоздал, Изгнанник, - надтреснутый уже до боли знакомый голос орлейской ведьмы. – Не смог спасти ту, кого назвал своей душой. И теперь лишишься всего.

Торем тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, понять, откуда идет этот голос.

- Ри! – выдохнул он, уловив смысл сказанного. – Моя Ри!

Изгнанник рванул к загону с лошадьми. Туда, где оставил ее, но навстречу ему уже шел, пошатываясь Кнут. Его лицо заливала кровь и, кажется, он даже не понимал где он.

- Торем… Рем, прости меня, - виновато начал Кнут, и Торем понял – случилось самое ужасное.

- Где… она? – спросил Изгнанник и сам не узнал свой голос.

Это не был он. Это был зверь, который искал свою женщину.

- Меня оглушили… - начал Кнут, но тут же его голос стал настороженным, даже испуганным. – Торем… что с тобой?

Знал бы сам Торем ответ на этот вопрос. Но он уже и не искал ответов.

Инстинкт гнал его за едва уловимым запахом супруги. Оставляя позади звуки шум боя, выкрики воинов.

Холодный ветер вылизал разгоряченную кожу и тут же затих. Растянуло тучи, разрываемые молниями. В полной тишине Торем слышал стук лошадиных копыт и ее запах. Его женщины, которую у него посмели украсть.

Торем готов был как и Кейх – вгрызаться в горло каждому, кто встал бы у него сейчас на пути.

Громкий свист разрезал тишину, как лучшая сталь – шелк. И спустя несколько ударов сердца послышался перестук копыт.