Непокорный трофей

Слышишь? Я буду молить богов о твоей смерти!

- Однажды, ты сама придешь ко мне! - тихий шепот и... не угроза, скорее - обещание. - И молить ты будешь совершенно об ином!

И его слова, произнесенные таким шепотом, отозвались мелкими мурашками на коже.

А в доказательство своих слов, он порывисто отстранился и даже сделал несколько шагов назад.

– Посидишь здесь пока. – скомандовал он, – И не прыгай в окно, там Кейх. Грызть может не станет, но в следующий раз не будет так добр к тебе.

И не дожидаясь ответа, Изгнанник вышел вон из бывших, уже оскверненных, покоев моего отца.

Проскрежетал дверной замок, отрезая меня от ужаса, что едва не пришлось пережить. И я медленно осела на пол, закрыв лицо руками и пытаясь собраться и не провалиться в истерику.

Он отступил. Почему? Хочет продать меня брату? Обменять? Каков его план?! Сжала руки в кулаках и поднялась на ноги.

Пока я жива, я не сдамся! В следующий раз побег удастся. И моим унижениям придет конец.

– Выглядишь так, словно пережил схватку с белым медведем, – поддел Торема дожидавшийся в общем зале рыжий Кнут.

Но тот не отреагировал на слова друга совершенно никак. Может потому, что чувствовал нечто схожее. Кровь все еще бурлила в жилах, пробуждая непреодолимый охотничий азарт. Хотя она была скорее дикой, еще не прирученной кошкой. И Торем даже себе боялся признаться, какую бурю эмоций вызывало в нем ее сопротивление.

Благо, его воины еще не стали сходиться в зал к обеду и не видят его сейчас.

Боги! Эта девчонка действовала на него странно. Даже Этхельда не вызывала в нем такого желания. Хоть ночи со Снежной ведьмой были жаркими и безумными.

Но эта принцесса. От ее горящего взгляда, непокорности, упрямства у Торема вскипала кровь. Он желал наказать ее, указать ее место. Всего лишь поцелуй... но едва и сам не забылся. Проклятье! И… он хотел подчинить ее. Не силой. Он хотел, чтобы принцесса сама пришла к нему!

Но тут же Изгнанник тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения.

– Вина! – приказал он пробегающей мимо служанке. Его голос непривычно охрип, и девушка, вздрогнув, бросилась наполнять кубок. Потому только промочив горло, Торем отмахнулся от насмешек лучшего друга: – Давай не будем об этом! Она пыталась сбежать. Я разозлился.