Неполная дура

Мужик, военный, а фамилия такая несерьезная. Детская какая-то фамилия.

— И какая же? — терпеливо спросила у него Инна.

Вместо ответа Никита выпил снова водки и, видно, для разнообразия взял с тарелки кусок буженины. На этот раз все обошлось благополучно. Может быть, потому, что Мариша заблаговременно убрала из поля деятельности Никиты все колющие, режущие или просто легко бьющиеся предметы. Прожевав буженинку, нотариус неожиданно снова ударился в воспоминания.

— Вспомнил, почему Гера был недоволен замужеством сестры.

Они в маленький городок переехали, там ей никакого простора и продвижения для ее творчества не было.

— А что она творила?

— Она пела, — ответил Никита. — И очень хорошо. Музыкальную школу окончила и все такое прочее.

Подруги переглянулись. Им одновременно на ум пришло одно и то же имя, которое они уже слышали. И даже биография обладательницы этого имени вполне укладывалась в то, что сейчас сообщил подругам Никита.

— Помнишь, нам еще говорили, что всем приемным детям Юлиан Иванович давал редкие и даже странные имена.

Один был Платон, а девочку, видимо, старшую, назвал Примой.

— Должно быть, она самая и есть, — согласился Никита. — Вот повезло девке. Прима Зайчик. Закачаешься, что за имечко!

— Постой! Как ты сказал?

— А что? Прима Зайчик. О! Вспомнил, как того летчика фамилия была. Зайчик!

— И служил он в авиации?

— Но ты же только что назвал его летчиком!

— А-а-а, — протянул Никита. — Ну, ясное дело, раз так назвал, значит, в самом деле летчиком был.

И протяжно зевнув, нотариус начал неожиданно устраивать свою голову среди тарелок, рюмок, бутылок и приборов, которые Мариша заботливо расчищала для него.

— Устал я что-то, — бормотал он. — Да и не выспался. Вы уж простите, девочки, вздремну чуток. А потом мы с вами еще поболтаем.

И через минуту он в самом деле заснул, сладко выводя носом тоненькие рулады.

— Что ты будешь с ним делать? — растерялась Мариша. — Нам его еще столько нужно было спросить, а он заснул!

— Да что толку? Он все равно ничего сказать больше не сможет! Я этот тип мужиков знаю.

Болтают, болтают, на подвиги собираются, а потом бац! И в один момент он уже спит. Хорошо еще, если сам до кровати добраться сумеет.

Инна, которая провела сегодняшнюю ночь на коврике, покосилась на нотариуса с сочувствием. А потом, облокотившись на безмятежно дрыхнущего нотариуса, подруги принялись обсуждать то, что им удалось узнать.

— Значит, вторую сестру Геры зовут Прима Зайчик. И она поет.