Неполная дура

И вообще, находясь на лестнице или на улице, как Феликс мог улучить нужный момент, чтобы смертельное лезвие упало на шею брата? Не ясновидящий же он сквозь стены, в самом-то деле? Но на всякий случай Мариша поинтересовалась у Этны, что она имела в виду, говоря об исключительных способностях Феликса. Но оказалось, ничего экстраординарного. Та же склонность к анализу, что и у Этны. Но только куда более отточенная.

— Потому что я скорей пригодна для оперативной работы, — призналась Этна. — Конечно, я учусь. И совершенствуюсь.

Но Феликс, по-моему, он всегда таким и был. Во всяком случае я не помню, чтобы в детстве для него было что-то невозможное. Именно он был нашим заводилой.

— Он? А почему не третий брат? Платон? Он ведь был старшим?

— Да. Но Платон… Он такой мечтательный. Он не лидер. Хотя из нас всех, мне кажется, он был сильней всех привязан к нашему отцу. И лучше всех осознавал, как много этот человек для нас сделал. Между ними была какая-то особая связь. Они были очень похожи друг на друга.

По складу ума, я имею в виду. Но и вообще. Иногда мне казалось, что если бы у папы был настоящий сын, то он был бы точь-в-точь как Платон.

— Скажи, а почему вы с братьями и сестрами так похожи? Это что, случайность?

— Вовсе нет, — ответила Этна. — Отец выбирал нас исходя из того, что сходная внешность подразумевает сходный генотип и модели поведения. И к тому же гораздо проще внушить окружающим, тем же случайным попутчикам, что мы одна семья, когда все дети похожи. Все светленькие и высокие.

Это помогало избегать лишних вопросов, когда мы все вместе выбирались куда-нибудь, например к морю. Или в театр или музей.

С этим было ясно. Но оставались еще и другие вопросы, напрямую связанные с убийством Геры. Этна, видимо, тоже не первый день ломала над ними голову, потому что охотно отвечала подругам.

— А в тот день ты не видела в ресторане еще кого-нибудь знакомого?

— Мой брат приходил.

— Про него ты нам уже говорила.

— Нет, — покачала головой Этна. — Другой.

— Гера? Про него мы знаем.

Видели.

— Платон тоже приходил.

— Просто хотел навестить Геру.

— Не знаю, он провел в ресторане весь день. Интересовался, с чего это я вдруг подрядилась работать официанткой. Был такой заботливый и ласковый. Даже шутить пытался. Просто удивительно. Вообще-то они с Герой не всегда понимали друг друга. Но в тот день Платона словно подменили. И он был такой печальный. Помню, когда это все случилось, я еще подумала, Платон, как всегда, был самим собой.