Неполная дура

 — Тебе нельзя волноваться!

Господи, как он сейчас ее раздражал своей неуместной заботой! Неужели не понятно, что пока она не узнает всей правды, ей будет становиться все хуже и хуже? К счастью, Инна ее поняла.

— Понимаешь, дело в том, что они думают, что это Анька сделала.

— Что сделала? Отрубила голову Гере?

Мариша отказывалась верить своим ушам. Наверное, у нее шок. И она просто не адекватно воспринимает речь подруги.

— Она отрубила ему голову? Как? Чем? Столовым ножичком?

Инна побледнела еще больше.

И с трудом подбирая слова, она начала говорить. Оказалось, что Мариша в самом деле разминулась с Герасимом. Он вернулся обратно за банкетный стол уже через несколько минут. Мужчина был в отличном настроении. И желал подурачиться. Может быть, чуть глуповато, но ему так захотелось.

— Что?! Что ему захотелось?!

Мариша слушала и не в силах была поверить, что все рассказанное Инной правда. Не мог нормальный взрослый мужчина быть таким дураком.

— Аня захотела его сфотографировать, — взволнованно рассказывала Инна.

 — Ты же знаешь, я подарила ей новую трубку.

Мариша кивнула. Отказавшись от идеи с сервизом, Инна купила подруге последнюю модель «Нокиа» со всевозможными примочками, кинокамерой и просто отличным фотоаппаратом. Качество было настолько высоко, что фотоаппарат брал кадры даже в полутемном помещении. И Анька загорелась испробовать интересную новинку.

— А Гера предложил ей сделать кадр века. Он под лезвием гильотины!

— О боже! Как он до такого только додумался!

— Никто же не знал, что эта чертова штуковина сработает!

Инна едва сдерживала слезы.

— Но почему задержали Аньку? При чем тут она?

— Первый кадр она щелкнула сама, — дрожащим голосом продолжила рассказывать Инна. — А потом пожелала встать рядом с Герасимом. Как будто она что-то вроде палача.

— И едва она там встала и положила руку на перекладину, как эта чертова хреновина сработала. Лезвие упало вниз, вжик и…

— Наверное, Гера даже не успел понять, что произошло.

И пока Инна, закончив свой жуткий рассказ, тряслась в рыданиях, Мариша ошеломленно переваривала услышанное. И наконец выдавила из себя:

— Так эта гильотина… она что, была настоящая?

— Не может быть! Не могли они поставить сюда настоящую гильотину. Это же опасно! Я думала, там вместо лезвия картон, оклеенный фольгой. Или какой-нибудь пластик.

— Наверное, Аня тоже так думала. Во всяком случае лично я так и считала.

Но Мариша уже замолчала.