Неполная дура

— А следователь мне попался такой душка, такой душка, просто прелесть!

Такими восклицаниями Анька то и дело перемежала свой рассказ. Под конец Инна с Маришей обменялись понимающими взглядами. Похоже, именно в этом симпатяге следователе и нужно было искать причину приподнятого Анькиного настроения.

— И что этот душка тебе рассказал?

— Да практически все! И очень жалел, когда пришлось отдать меня Надиру.

— Он женат? — спросила практичная Инна. — Твой следователь?

— Женат? Нет! Думаю, что нет. Но он прелесть! Волосики у него светлые, глаза тоже, и сам из себя этакий ангелочек.

А как он на меня смотрел! Мы проговорили с ним всю ночь!

— И как зовут это чудо?

— Ратушев! Петечка Ратушев! У него предки поляки. Волосики, глазки, и сам он такой душка! А вы бы видели, как он на меня посмотрел, когда я…

— Господи, Анька, да угомонишься ты или нет?! — в сердцах возмутилась Мариша, смахивая с себя салфетку с питательной смесью из розового масла, оливкого масла и масла персика. — Как вам с этим Ратушевым только не стыдно!

— Бедный безголовый Гера еще не предан земле, убийца его не найден, а вы уже крутите любовь, можно сказать, прямо над неостывшим телом!

После этой отповеди Анька слегка угомонилась.

И принялась говорить по делу. Оказалось, что Аньке стало известно о Гере на удивление много. Наверное, поступила к ней эта информация не без помощи проникшегося к ней симпатией следователя Ратушева.

Сразу же выяснилось, что подруги вчера могли и не мотаться к Стелле Владимировне. Анька знала и про ревнивых мужей его бывших подружек.

И про жену, с которой Гера разводился, и про его сестру с мужем, которые ютились в крохотной двушке вместе с мамой.

— Но самое главное я вам сейчас скажу! — заявила Аня и глаза ее снова заблестели. — Сядьте, а то упадете!

— Тогда держитесь крепче. Это страшная тайна!

Мариша с Инной послушно вцепились руками в табуретки.

— Рассказывая ее мне, Петя пошел на должностное преступление! Он сам мне так сказал!

У подруг от напряжения уже побелели костяшки пальцев.

— Оказывается, гильотина сработала не сама по себе!

Девушки не смогли скрыть своего разочарования.

— Тьфу ты! — вырвалось у Мариши. — А я-то думала! Тоже мне тайна!

— Ну да, мы видели, — более мягко добавила Инна. — Веревка была кем-то пережжена.

— Не только? Что ты имеешь в виду?

— А то, что на этой испорченной веревке нож мог держаться еще день и два, и даже месяц. И упасть совершенно неожиданно, не причинив никому вреда. А убийца не мог рисковать.