Девушка спокойно включила воду, я ломанулся в гостиную. Открыл окно, глубоко вдохнул весенний воздух.
Принялся отвлекаться, как мог, и думать о самых мерзких вещах на свете. В конце концов, повисел на турнике. Чтоб окончательно развеяться, я плюхнулся на диван и решил поработать. Звучит забавно, но думать я могу и лежа. Парнишка, с которым я постоянно работаю, заказал весенний романтический текст. Что ж, приступим. Правда, успехи у этого местечкового рэпера так себе, как бы это не последний его шанс и мой заказ. Впрочем, к любой заявке я подхожу серьезно.
Слова складывались в ритм с натяжкой. Эрекция унялась, но Анжелика из головы не пропала. Я выдавал строчки, а перед глазами так и стояло ее лицо. Я всегда писал стихи отстраненно, а сейчас… Нет, так дело не пойдет! Нужно оставить пока текст, иначе выйдет слишком сопливо. Лика действительно пробыла в ванной долго, я уже просто пялился в потолок. В голове легко сложился стих, но я принципиально его не записывал. Слишком глубоко, слишком лично. Я даже сам боюсь его увидеть.
— Ты еще не уснул, — раздался нежный голос, и я подскочил с дивана.
— Нет. С помывкой.
Лика хихикнула.
— Спасибо.
— Тебе нужно переодеться? — спохватился я.
— Не мешало бы, — иронично заметила девушка.
Я потоптался на месте, чувствуя себя полным идиотом. Почему эта малявка так на меня действует?!
— Надую в прихожей матрас.
Вышел, закрыл полупрозрачную дверь. Отвернул голову так резко, что стало больно шею. С каких пор я боюсь увидеть обнаженный женский силуэт?
С матрасом разобраться было легче, чем с выкрутасами своего мозга.
Я быстро накачал синий пузач и пока поставил вертикально у стены. Время было еще не совсем поздним, да и Анжелика выспалась. Что она сейчас захочет делать?
— Может, включить телевизор? — ляпнул я, когда девушка позвала меня назад в гостиную, и тут же прикусил язык. — Прости.
Анжелика вздохнула.
— Не извиняйся, — попросила она, — ты не обязан постоянно помнить о моем диагнозе. А я тоже, знаешь ли, не из нежных фиалок. Иногда только… накрывает.
Она явно имела в виду свой срыв. Но я и без этих объяснений понимал, она достаточно сильная. Держится хорошо и с достоинством. Но отчего-то именно поэтому мне хотелось окружить ее заботой.
— Чем ты вообще занимаешься вечерами? — искренне поинтересовался я.
Лика тряхнула влажными кудрями, и я заметил, какие маленькие у нее ушки. В фантазиях я уже прикусил губами мочку, очертил языком раковину… Так, Раус! Взять себя в руки с трудом, но удалось.
