Непоседа

Способствует консолидации власти и выстроит государственную горизонталь — от Столицы до Дилона, вот!

— Так у короля сын еще не родился даже! — возмутился Трикс. — Может, он вообще будет не сын, а дочь! А даже если сын — он тебя на четырнадцать лет моложе!

— Королева тоже на семь лет короля старше, — печально сказала Тиана. — А обручили их, когда Маркелю был год.

Некоторое время они грустно молчали. Потом Тиана улыбнулась и сказала:

— Я уже думала, что помру от этой скуки! И вдруг — бах! И ты меня к себе перенес!

Трикс подумал и решил, что не будет говорить Тиане, что вообще-то он собирался сам к ней перенестись.

— Но нам надо отсюда выбраться, — сказал он. — И спасать Иена… и Майхеля с его труппой…

— Они тоже здесь? — поразилась Тиана.

— Да. И еще Гавар… — Трикс вздохнул. — Ты не сердись, пожалуйста, но его тоже придется спасать, мы сейчас — союзники.

— Рассказывай! — велела Тиана. — С самого начала, чтобы я все поняла!

Они уселись на давным-давно обрушившуюся колонну, и, глядя на таинственно мерцающую в лунном свете пустыню, Трикс начал свою историю.

Уже начинало светать, когда рассказ был закончен, все вопросы заданы и все ответы получены. К утру посвежело и Трикс отдал Тиане свою курточку. Как водится, совершенно не вовремя начало хотеться спать.

— Ты обязательно придумаешь, как нам попасть в Дахриан, — утешала Тиана юного волшебника. — Раз ты смог перенести меня сюда, то сумеешь и нас обоих телепортировать.

Трикс пожал плечами.

— А в одной сказке я читала, как волшебник, заблудившись в лесу, сделал лошадь из сучьев, веток и мха, — вспомнила Тиана.

— Я помню эту сказку, — оживился Трикс. — Только здесь и дерева нет.

— Может, ты из песка сделаешь лошадь?

— Тогда уж верблюда, — задумчиво сказал Трикс.

— Давай! Я давно хотела прокатиться на верблюде!

Трикс честно попытался. Несколько раз песок вздымался вверх и пытался слепиться в ком. Однажды этот ком даже походил на верблюда — с длинными ногами, вытянутой вперед шеей и двумя горбами.

— Наверное, я в это не очень верю, — признался в конце концов Трикс. — Щавель всегда говорил, что для волшебника самое страшное — потерять веру в себя…

— Трикс, а что тут было раньше? — спросила Тиана, оглядывая руины.

— Город какой-то. Древний…

— А правда, что в древности волшебники были сильнее, чем сейчас?

— Это оттого, что слова были еще незатерты.