Непоседа

Но Алхазаб только усмехнулся, сказал пару слов — и ослушник вспыхнул ярким пламенем. Он горел целый час, оглашая окрестности воплями боли и ужаса, пока кто-то из жалости к своим ушам не проткнул его мечом. Ну а сам Алхазаб сказал, что в пустыне ему открылась великая мудрость. Он обрел великую силу и теперь требует называть его Прозрачным Богом и повиноваться каждому слову. Те, кто посмел усомниться, погибли ужасной смертью, о которой я не рискнул бы рассказать, даже если бы знал. Одно за другим подчинял себе Алхазаб окрестные племена.

Кто-то из вождей принимал бой и ветер пустыни заносил тела песком. Кто-то подчинялся — и Алхазаб делал его своим приближенным. До поры до времени Великий Визирь не обращал на это внимания. Но когда визирю донесли, что Алхазаб хочет сам стать Великим Визирем и завоевать весь мир, даже Аблухай задумался. Он вызвал своих лучших убийц и повелел им со всем уважением казнить Прозрачного Бога. Убийцы поклонились и отправились в путь. Вернулись они куда быстрее, чем добирались от столицы до Алхазаба — их принесли в лапах песчаные голуби.

— Голуби? — поразился Трикс. — Как голубь может принести человека?

— Может-может! — закивал Васаб. — Если человека разрезать на тысячу кусочков, то тысяча голубей сможет его принести. Но знаешь, что самое ужасное?

— Что? — шепотом спросил Трикс.

— Голуби были голодные и изможденные от дальней дороги. Но ни один из них не посмел клевать то, что нес в лапах!

— Что за страсти ты рассказываешь мальчику перед сном? — Сонная фея выбралась из потайного кармана и раздраженно уставилась на Васаба.

 — Как я не люблю все эти ваши восточные жестокости… в землю бы заживо закапывала за такое!

Как обычно после злоупотребления пыльцой, фея была не в духе.

— Прекрасная пери! — взмолился Васаб. — Я умолкаю, если на то твоя воля!

— Не надо умолкать, — мрачно сказал Трикс. — Неужели Алхазаб и впрямь так силен?

Васаб часто закивал.

— Если убийцы ему ничего не смогли сделать, так неужели ваши придворные волшебники сплоховали?

— Они колдовали три дня и три ночи, собравшись в главном зале башни колдунов! — понизив голос, сказал Васаб.

 — А потом раздался страшный хохот, идущий из ниоткуда, и в одно мгновение башня заполнилась болотной грязью. Некоторые колдуны выплыли, некоторые остались в башне навсегда. Но насылать на Прозрачного Бога проклятия уже никто не решался.

— Понятно, — сказал Трикс.

— Рассказать что-нибудь еще? — любезно спросил Васаб.

— Нет уж, хватит! — решительно ответила Аннет.