Я думаю, он просто стар, и временами его рассудок затуманен. Но он очень, очень близкий друг. Многие годы он был моим beau4. – Она издала легкий вздох. – Если бы вы видели меня, когда я была молода! Всегда весела и, хотя мне самой приходится говорить это, очень привлекательна. Мне постоянно твердили, что я самая красивая герцогиня в Англии. И, между нами говоря, мисс Лангхолм, это было правдой! У меня была куча поклонников. В наше время девушки, кажется, не имеют и половины тех развлечений, которыми располагала я.
А лорд Рафтон оставался самым преданным из всех. И в старости он приехал жить сюда, и теперь я присматриваю за ним.
– Как вы добры, ваша милость! – воскликнула Вирджиния. – Не так много найдется людей, которые заботились бы о друзьях, когда те состарятся."
"– Моя дорогая, мы должны делать все, что в наших силах, для других, разве не так?
Они поднимались, как заметила Вирджиния, со второго этажа на третий. Затем прошли длинным извилистым коридором и столько раз поворачивали, что Вирджиния решила, что ни за что не найдет одна обратной дороги.
Наконец, остановились у большой двери красного дерева, и герцогиня постучала.
Дверь открыл мужчина в белом пиджаке.
– Доброе утро, мистер Уорнер! – приветствовала его герцогиня. – Как себя чувствует сегодня его светлость?
– Мы в очень хорошей форме сегодня, ваша светлость. Счастливы, спокойны. Мы надеялись, что ваша светлость навестит нас.
– Это мисс Лангхолм! – представила ее герцогиня.
– Мистер Уорнер опытный санитар, мисс Лангхолм. Ума не приложу, что бы мы – или, точнее говоря, лорд Рафтон – делали без него.
– Ваша светлость очень добры, – самодовольно ответил мистер Уорнер.
Он пересек небольшую entresol5 и открыл другую дверь. В просторной, залитой солнечным светом гостиной сидел седовласый старик. Он был одет тщательно и элегантно. В петлице сюртука был цветок, на сером галстуке – заколка с большим бриллиантом и жемчугом. При виде герцогини он поднялся и протянул к ней руки.
– Милли, моя дорогая! – воскликнул он. Герцогиня поспешно подошла к нему. Он отвесил ей королевский поклон, затем взял ее руку в свои и поднес к губам.
– Ты так давно не навещала меня.
– Знаю, и это очень дурно с моей стороны, – повинилась герцогиня. – Как хорошо ты выглядишь этим утром.
Мистер Уорнер выскользнул из комнаты, и Вирджиния, чувствуя себя несколько неловко, подошла к окну и выглянула из него.
