Неповторимая любовь

А когда сражения завершатся, мы окажемся во власти людей, которые называют нас дикарями и ненавидят, хотя в глубине души понимают, что украли у нас земли, принадлежащие нам по праву.

Слоан вспомнил об истребленных восточных племенах:

— Все в мире меняется, но наши обычаи наверняка останутся в памяти людей.

— Кто сохранит их? Пьянчуги, возделывающие землю в резервациях?

— Среди белых есть не только взяточники и воры, и ты знаешь об этом. Бороться будет труднее, когда прольется последняя кровь.

— Возможно, в этой битве ты вновь станешь воином, — заметил Ледяной Ворон и улыбнулся. — Я помню наше детство. Тогда в прериях еще водились бизоны. Стада казались неисчислимыми, и мы не подозревали, что вскоре они исчезнут. Но теперь у нас остался лишь один путь: путь белых.

Президент Грант сказал Красному Облаку, что наше выживание станет победой. Некоторые выживут, а другие будут бороться и погибнут.

— Что же выбрал ты?

— Я еще не сделал выбора.

Слоан улыбнулся: он уже отвык от своего индейского имени. Оно звучало внушительно. И видеть рядом Ледяного Ворона было приятно.

— Вернусь обратно. Я узнал все, что хотел."

"— Я провожу тебя. Я исполнил свой долг перед народом, теперь осталось исполнить долг перед собой. Я хотел повидаться с белым братом, прежде чем принять решение. Тебя не смущает общество чистокровного сиу? Что, если твои друзья-солдаты заметят нас и убьют, считая врагами?

— Если мы поедем вдвоем, нас никто не выследит.

— Пожалуй, нам удастся ненадолго повернуть время вспять. — Он остановился. — Давай поохотимся на оленя, в последнее время мне редко доводилось есть мясо. Приходилось кормить слишком много женщин и детей, раненых и умирающих воинов.

Слоан поднялся.

— Давай поохотимся, — согласился он.

— Итак, завтра! — сообщила Нора Сабрине.

— Что завтра?

Сабрина вздрогнула. Погрузившись в дневник, который начала вести с тех пор, как уехал Слоан, она не слышала, как в комнату вошла Нора и остановилась за ее спиной.

— Завтра выезжаем на пикник.

— На пикник? — Сабрина нахмурилась.

— Да, наконец-то! Если погода не испортится, все будет чудесно. Мы отправимся верхом к живописному ручью, до которого всего пять миль.