Неповторимая любовь

Даже если принять во внимание воздействие корсета, незнакомка была бесподобно сложена. Слоану еще никогда не доводилось видеть такой фигуры, в которой элегантная стройность сочеталась бы с пышностью груди и соблазнительно округленными бедрами. Конечно, он был пьян, и все-таки женщина оказалась редкостной красавицей. Слоан был не в духе, ему не терпелось напиться до беспамятства. Вид незнакомки привел его в возбуждение.

Еще никогда чувства к женщине не вспыхивали в нем так стремительно и не завладевали им с такой полнотой.

Он пригласил женщину пройти в комнату.

Теперь-то Слоан признавался самому себе: не будь он так пьян в ту ночь, сразу бы обратил внимание на ее замешательство, несвойственное продажным женщинам. Но он выпил слишком много, поэтому хриплым голосом велел женщине подойти поближе или убираться прочь. Пусть катится ко всем чертям, если вздумала разыгрывать невинность. Но она не уходила…

Она нервничала, но Слоан не удивился: подобное ремесло явно было для нее в новинку.

Правда, он не знал, давно ли она появилась в заведении Лорали.

Обычно Слоан избегал ссор, но болезненно воспринимал любые намеки и неприязнь, вызванные его характерными для индейца чертами, поэтому спросил незнакомку напрямик:

— Ты брезгуешь индейцами?

— А разве вы индеец? — последовал испуганный вопрос. Слоан вскинул брови, недоверчиво глядя на нее.

— Неужели я похож на эскимоса? — с расстановкой выговорил он.

Она протянула руку и указала на китель кавалериста, брошенный на кровать:

— Я думала, вы офицер.

"

"— Хотел бы я сам знать, кто я такой… — проворчал Слоан вполголоса и снова уставился на женщину. — Отвечай, может, индейцы тебе не…

Он осекся: женщина не слушала его. Ее внимание привлекали звуки, доносящиеся из коридора.

Ну и черт с ней! В голове Слоана раздавался рокот боевых барабанов, эхом разносящийся по всему телу, — гулкий, настойчивый, требовательный. А путь к забвению был совсем рядом, стоило только протянуть руку…

Вот так все и произошло. Его терпение лопнуло, он схватил женщину за руку, привлек к себе и поцеловал, сминая ртом соблазнительные, полные губы.

На этом он не успокоился, а просунул язык между ее губами, стиснув в объятиях. Ее пышная грудь вызывала искушение, прижимаясь к его обнаженной груди. Он вновь ощутил в себе почти ошеломляющее желание, побеждающее гнев, раздражение, нетерпение, горечь. Чем крепче он целовал ее, тем острее становилось вожделение.

Она уперлась ладонями в его грудь, пытаясь высвободиться.