Неповторимая

 — Скажи нам, где Сабрина, и быть может, Бог пожалеет твою пропащую душу.

— Бог! — воскликнул мужчина и расхохотался. Оборвав смех, он метнул в сторону Шоны взгляд, от которого холод пробрал ее до костей. — К чему он мне? Душа у меня и вправду пропащая! Жизнь и смерть всегда рядом, верно? Живые лежат среди мертвых — так, леди Шона? — Он задохнулся и вновь поперхнулся кровью.

— Где Сабрина? — вскричала Шона.

Но незнакомец не ответил. Он вытянулся и уставился на нее стеклянными глазами.

— Где… — снова начала Шона.

— Он умер, — прервал ее Дэвид.

Он встал, подхватил мертвеца, взвалил его на плечо и направился к выходу из склепа.

— Дэвид, что ты делаешь? — воскликнула Шона. Дэвид повернулся.

— Собираюсь устроить похороны. Не хочу, чтобы его нашли здесь.

— Но послушай, Дэвид, мы должны вызвать констебля…

— Констебль нам не поможет. Справиться мы должны сами. — Он протянул руку Шоне. — Пора уходить отсюда. Не знаю, сколько человек участвуют в этом заговоре, понятия не имею, кто их возглавляет. Но ясно одно: ты действительно глупа, если до сих пор не поняла, какая опасность тебе угрожает.

Она отчаянно хотела взять его за руку. Просто прикоснуться к нему. Мысль о том, что Дэвида могли убить, приводила ее в ужас.

Однако он вновь обвинял ее — словно она была виновата в том, что случилось в склепе.

Шона отпрянула, бросилась бегом по коридору и одним махом преодолела ступени лестницы, ведущей к кладбищу.

— Черт побери, подожди! Сначала убедимся, что никто не поджидает нас, чтобы прикончить выстрелом!

Он велел Шоне стоять на месте, сам открыл ворота, выскользнул за них и через несколько секунд вернулся.

— Похоже, там никого нет.

Шона стряхнула с плеча его ладонь и выбежала на освещенное луной кладбище, с удивлением отметив, что вокруг еще совсем темно, — после того как она спустилась в склеп, прошло немного времени.

А ей казалось, что миновала целая вечность. Возможно, причиной были окружающие ее мертвецы и то, что среди них чуть не подошла к концу ее собственная жизнь…

Шона посмотрела на свои руки и одежду. Они были облеплены мутно-белой паутиной, такой же тусклой и пыльной, как саваны мертвецов. Пыль… Может, прах? Смерть запеклась на ее руках.

— О Боже, Боже! — выдохнула Шона и бросилась бежать.