Неповторимый

Избирателям нравится образ добропорядочного семьянина: сенатор Соединенных Штатов Америки с двумя очаровательными дочерьми. Мы семья, а значит, проблемы семьи нам близки. Мы чтим Господа Бога и участвуем в общественной жизни! Ты не посмеешь разрушить карьеру, которую я создавал так долго и скрупулезно…

– Карьеру, ради которой вы совершили убийство?

Он стоял всего в нескольких шагах от нее. Красивый мужчина, с располагающей внешностью, обаяние немало помогло ему – маска, под которой прятались зло и жестокость.

Отчим из него получился крайне строгий. С суровым видом и взглядом, навевающим тоску, он долго и нудно обсуждал с домочадцами вопросы дисциплины. Но когда случалось наказывать непослушных дочерей, его глаза загорались от удовольствия. Ему явно нравилось мучить тех, кто зависел от него. Но, даже все зная о нем, Скайлар не ожидала, что он применит физическую силу. Девушка была никак не готова к тому, что на нее обрушится удар настолько мощный, что собьет ее с ног. Боль оказалась невыносимой, дыхание застряло в горле, а зрение затуманилось, и на несколько секунд Скайлар потеряла сознание.

Когда же пришла в себя, то первое, что увидела, – это склонившегося над ней Дилмана. Одна его рука сжимала ей горло, другая гладила по щеке.

– Твоя мать действительно любила меня, Скайлар, – холодно сказал он. – Я был уверен в себе, а она слаба. Твой драгоценный папочка силой не отличался, зато наивностью…

– Мой отец был честным человеком. Достоинств у него была масса, но нет смысла перечислять их, вам все равно не понять.

Он обладал качествами, о которых вы и не слышали…

– Был. Вот это верное словечко. Теперь он мертв, моя дорогая, – сухо произнес он. – Вот уже целых десять лет мы спорим с тобой об одном и том же, Скайлар. Мне, признаться, это уже порядком надоело. Правила игры изменились. На что я способен, тебе неизвестно. И я тебя отлично знаю. Так что веди себя хорошо, держи рот на замке и слушайся старших. Только попробуй что-нибудь натворить, я живо тебя остановлю.

Попытаешься убедить всех, что я плохо с тобой или сестрой обращаюсь, и мигом окажешься в лечебнице для душевнобольных. Всю свою сознательную жизнь ты отчаянно пыталась бороться со мной. Ну и как? Нашелся ли хоть один человек, который поверил в твою болтовню? Тебе ли тягаться со мной? Сдайся! В любом случае выиграю я. Чего бы мне это ни стоило.

– Если придется. – Он пожал плечами. – Но мне не хотелось бы. Ты такая хорошенькая, хоть и вздорная, куколка.