Неповторимый

Поймают, изнасилуют, снимут скальп и оставят ее бренное тело на съедение воронам…

– Мерзавец! – прошипела Скайлар, пытаясь плюнуть ему в лицо и продолжая извиваться.

И вдруг… Странное, немного пугающее и одновременно восхитительное ощущение пронзило ее. Господи, да что же это?

– Негодяй! – снова вскрикнула она, принимаясь отбиваться еще яростнее. – Напали на одинокую женщину! Убили бедного старика кучера!

А в самом деле, убили ли они его? Должно быть, раз его нигде не видно и защищать ее он не бросился.

Ежели так, слава Богу, что она не видит его изуродованное тело.

Скайлар снова принялась кричать. Нет-нет, это была совсем не истерика, скорее, вопли женщины, доведенной до бешенства.

– Грязные, мерзкие животные! Вот вы кто! Все вы умрете, варвары! Скоро подойдет кавалерия, и тогда вам несдобровать! Клянусь, я…

Господи, что она несет! Кавалерия? Вовремя поспеет, чтобы спасти ее? Да где там ее кавалерия?! Но как бы то ни было, возмущенные крики делали свое дело, она жила.

Вот только надолго ли ее хватит? В любой момент возьмут и прихлопнут!

– Бог вас покарает! Я сама вернусь, из рая или из ада!

Она набрала в легкие побольше воздуха, чтобы продолжить свою гневную тираду, и… в эту секунду увидела его глаза. Странные глаза для индейского воина. Глубокие, точно омут, и такие же зеленые, как лесная чаща.

А впрочем, какая разница? Может быть, среди его предков и были люди с белой кожей, оттого и цвет такой. Ну и что? Скайлар глубоко вздохнула и попыталась справиться со слезами, грозящими в самый неподходящий момент политься по щекам.

– Варвар! – в который раз взвизгнула она. – Пусти меня! Убей сейчас же или отпусти!

Как ни странно, пока она пристально разглядывала индейца, он ослабил хватку. Немыслимым усилием Скайлар удалось освободить руки, и она с остервенением принялась осыпать ударами его грудь, а потом изловчилась, и вот уже кровавые следы от острых ноготков красовались на смуглой щеке. Он вскрикнул, пронзительный голос полоснул слух, точно лезвие ножа.

Индеец схватил Скайлар за руки, быстро вскочил и поволок за собой. Хорошо, пускай руки зажаты, однако ноги теперь свободны. Вот тут бы и лягнуть его посильнее, подумала она, но прежде чем успела сделать это, дикарь перекинул ее через плечо и понес к своей низкорослой лошади. Пыльный изодранный капор свалился, а волосы, чудесные золотисто-медовые волосы, рассыпались тяжелыми волнами.