Неправильная помощница

— Даже так, — усмехается она, роняя лицо в лепестки, столь же красные, как ее губы. Смотрит на меня отработанным взглядом кокетки. — Значит, ты все-таки решил связать свою жизнь с достойной женщиной. Ты же понимаешь, я приму по отношению к себе только серьезные намерения.

Стискиваю зубы, чувствуя, как желание порезать ее гладкую морду шипами становится невыносимым, но все равно сохраняю спокойное выражение лица.

— Именно так, Рита. Я решил связать свою жизнь с достойной женщиной. Ну что, поедем?

— И куда же повезет меня самый желанный холостяк Сибири

— А это сюрприз, Риточка.

Но уверен, тебе понравится, — распахиваю перед ней пассажирскую дверь и наблюдаю, как изящно она усаживается на сидение. Тянет улыбнуться, вспоминая, как обычно, забирается Маша, совершенно не заботясь об изящности движений. Но ее непосредственность цепляет гораздо сильнее, чем наигранная изящность Риты. Закрываю дверь, обхожу машину, не прерывая зрительного контакта. Рита должна полностью расслабиться, полностью поверить в то, что она может мне доверять.

Мы едем все дальше. Рита беспечно болтает, расслабляясь все больше.

— А как у тебя с тем мужичком, вроде как бывшим Ксюхи?

— С Сергеем? Он мне нравится, но уровень не тот, конечно.

— Конечно. Ты ему об этом говорила?

— Ну что я, совсем дура, — ответ напрашивается сам собой, но я молчу, внимательно слушая. — Ты ревнуешь? Не надо. Каждой женщине нужен поклонник, чтобы чувствовать себя красивой и желанной.

— Просто поклонник? Ты не спишь с ним?

— Нет конечно, — тут же отвечает она, отводя взгляд.

Врет и не краснеет. — У меня вообще кроме Дани никого не было. Ну… Теперь и тебя.

— Ну можно сказать, что вообще никого, мы-то с ним, как одно целое.

— Точно! Даже… Ну ты понимаешь.

— Понимаю, — делаю чуть громче музыку, давая понять, что на этом разговор о гениталиях моего брата закончен.

— Это какая-то загородная вилла?

— Да, вид там потрясающий. Сочная зелень. Мягкая почва. Тебя оближут с ног до головы.

— Я бы предпочла более откровенные ласки, — смеется она натужно, а я вспоминаю, с какой непосредственностью утром Маша на меня залезла, чтобы потребовать свою утреннюю порцию ласк. Мы ночевали у нее, потому что ко мне она ехать категорически отказывается, все еще думает, что между ней и другими женщинами есть хоть что-то общее. Надо как-то решать вопрос с ее работой. Я не могу нормально думать, когда она в такой доступности, всегда готовая.