Неправильная помощница

Но не могу не признать, что он как нельзя лучше подходит для этой должности. А пренебрежение к людям у него — часть натуры, это не исправить.

— Домучили проект, Мария Викторовна.

— Вы позлорадствовать пришли или поздравить?

— Чувствую, что должен поздравить. Удивлен. Был уверен, что это проект чисто, чтобы ты не рыпалась и сидела ровно до появления босса.

— Даже так. Но ты все равно его сделала

— С большим трудом. В любом случае Ваша реакция на меня была вполне заслуженной. Я просто любовница, а меня это не устраивает.

— И что теперь? — ну не говорить же ему, что увольняюсь. Сдаст, как пить дать.

— Не знаю. Дождусь Арсения, а там решать буду.

— Ну понятно. Посмотреть-то можно? Проект твой.

— Да конечно. Я уже убегаю. Все на ноуте.

Ухожу из здания и на душе как-то спокойно. Еду на телестудию, где будет проходить съемка. Тут меня уже встречает Дима-фотограф, а еще директор журнала Константин Громов. Он приветствует меня и тут же уходит, а я переодеваюсь в предложенный костюм и подхожу к шесту.

По телу скользит неприятное ощущение, что я не должна этого делать, а Арсений явно будет не доволен. Но, с другой стороны. Я ведь решила, что между нами ничего не будет, так что толкаю нелепое чувство вины как можно глубже. Подхожу к шесту и начинаю выполнять привычные движения. Слышу фотографа, звуки вспышек и щелчков камеры, действую на инстинктах, выполняя самые сложные трюки. Правда уже через пятнадцать минут чувствую, как меня мутит, тело словно тяжелее килограмм на двадцать, а ладони то и дело блестят от пота. Но это все можно пережить, самое странное — это съеденный по дороге пирожок, который лезет обратно. Я тут же спрыгиваю с шеста и лечу к ближайшему туалету. Дима стучится минут через пять, а я умываюсь, пытаясь понять, как так случилось. У меня и раньше были перерывы, но я никогда не чувствовала себя такой тяжелой. И тем более, меня никогда не рвало после.

Мы завершили фотосессию, как договаривались, почти сразу я получила нужную сумму на свой счет.

Но радости больше не ощущала. Собственное состояние внушало тревогу. Там было много света и софитов и, возможно, что у меня проявляется та же болезнь, что и у матери. И чем раньше я это выясню, тем лучше.

Арсений звонит ближе к обеду, когда я уже сижу у врача. Чтобы сдать необходимые анализы. Если честно, я жду, что он поздравит меня с проектом

Наверняка Зиновьев ему уже сообщил.