Неправильная помощница

Конечно, приходилось выслушивать вагон оскорблений, но зато я все понимаю с первого раза. А еще тренирую нервную систему. — Просто ты так шикарно меня всему обучила, что даже такая обезьяна с гранатой как я все поняла.

— А, ну если так рассматривать.

— Пока непривычно. Умираю со скуки. Муж сказал, что раз я теперь не работаю, то могу готовить и убираться. Ты представляешь?

— А раньше кто это делал?

— Так как кто? Уборщица. Я могу себе это позволить.

— Ну понятно, — не могу я кому-то доверить убирать и стирать свое, например, белье.

— Точно? Я уже наслышана про календарь.

Я кручусь на кресле, смотря на этот самый календарь. Простой, синий, с вертолетом, где каждый день нужно записывать, сколько дней без происшествий.

— Да, висит вон. Но тут только речь о происшествиях на работе, хорошо Распутин не знает, что в моей жизни постоянно что-то случается.

— Да что рассказывать. Бывший появился. Приехал на новенькой «бэхе», а я случайно руку ему придавила дверцей.

Софа хохочет, а мне стыдно. Я, конечно, обижена, но не настолько, чтобы вредить. Все-таки до секса у нас так и не дошло, чего обижаться.

— Ой, хорошо, что позвонила. Что-то еще?

— Да куча всего! Разбила мамину чашку, устроила потоп, потому что отвлеклась на рисование вертолета, бежала за автобусом целую остановку, сломала на тренировке пилон.

Софа хочет рассмеяться, а я только понимаю, что ляпнула. Ну вот зачем? Зачем?

— Пилон? Ты занимаешься пилоном? Это который шест? Серьезно?!

— А я не говорила? — строю из себя дурочку.

— Нет, конечно. Давно?

— Да со школы еще. Соф, только никому. Это все-таки не самый привычный вид спорта.

— Не хочу неудобных вопросов. Меня и так за дурочку с переулочка порой считают, а тут еще пилон. Главное, чтобы Распутин не узнал. Ладно?

— Ладно, ладно, но за это я требую, чтобы ты звонила мне и рассказывала, как у вас дела. Каждый день.

— Раз в неделю и не чаще.

— И не проси, а если расскажешь, вообще звонить не буду.

— Коза. Ладно. А есть видео?

— Ну набери в сети городские чемпионаты, Котова.

— Лады! Все, на связи! — прощается она, а я вздыхаю. Падаю спиной на спинку стула, да так сильно, что просто кувыркаюсь с него на пол с неприличным визгом.

И конечно, по закону вселенской подлости именно в этот момент двери лифта открываются. Я упорно пытаюсь развязаться, но моя дурацкая нога завернулась за шею и просто не в состоянии встать сама.

— Отличные трусы, Котова. Очень вам подходят.