Неправильная помощница

София Вадимовна, оформи, — говорит он и скрывается в своем кабинете, а я поворачиваюсь к Софе, улыбка которой ярче самого солнца. Мы визжим от радости, обнимаясь и приплясывая. Давно мне не было так хорошо. Давно я не была так счастлива.

— Не такой уж он и тиран, — смеюсь я, по-другому осматривая кабинет. Это ведь теперь мой кабинет.

— Не обольщайся, а самое главное не влюбляйся…

— Да ладно тебе. Он не настолько красив, чтобы тут же течь от него. Да? — я округляю глаза. — Ты была влюблена в него?

— В Распутина все так или иначе влюбляются.

В нем слишком много нерастраченного тестостерона. Просто будь готова, что это ничем не закончится. Я вот поскорее замуж вышла, чтобы мысли не забивать.

— Не переживай. Мне это не грозит. У меня вообще к мужчинам иммунитет…

— Ну дай-то Бог. Так, давай я еще раз тебя проинструктирую и побегу. Господи, слава Богу, что он взял тебя.

— Да я сама не верю своему счастью!

Мы с Софой перебираем папки, в которых лежат договора с поставщиками. Смеемся, обсуждаем, чем она будет заниматься в декретном отпуске.

Она, конечно, торопится смыться, но я не отпускаю ее, пока все не буду знать досконально. Я больше не должна ударить в грязь лицом.

— София Вадимовна, — врывается в наш уютный уголок низкий, напряженный голос. Очевидно, он уже не первый раз зовет нас. — Я напоминаю, что сегодня ваш последний рабочий день.

Он выглядит совсем иначе. В его волосах капли воды, а на плечах надет свеженький пиджак. Я помню, что у него тут ванная и гардеробная, потому что он порой проводит за работой сутки.

И все равно, это удивительная метаморфоза.

На его лице нет улыбки, но от него веет положительной энергетикой.

— Да, да, я поняла. До пяти никуда не уходить.

— Это, конечно, тоже, но скорее всего вы смоетесь, как только я войду в двери лифта. Это вам. Знаю, вы скорее всего сразу уйдете потом во второй декрет, но скажу, что у меня никогда не было более квалифицированного секретаря.

— Вообще-то помощника.

— Да, помощника. Это вам, — он протягивает конверт, и Софа удивленно поворачивает ко мне лицо.

 — Это не деньги. Их вы получите в бухгалтерии.

Она открывает конверт, а там билеты.

— Когда моя сестра была беременна третьем ребенком, она отдыхала там. Ей понравилось. Плюс немецкое гражданство ребенку никогда не повредит.

Она ахает, хочет обнять начальника, но он делает шаг назад, очевидно не терпит лишних прикосновений. Тоже мне, грубиян. Не дал себя обнять. С другой стороны, он очень щедрый. А еще у него есть сестра. Я не знала.