Непредвиденные встречи (сборник)

- Ты плачешь, мальчику больно… Но разве ты пытался изменить ход событий?! Пытался вернуть ее, убедить в своей любви, в мужестве, в красоте, в силе, наконец?! Нет! Ты просто сделал красивый жест: прощайте, сударыня, коль я вам неугоден, будьте счастливы. Браво, какой благородный жест! А о ком ты думал, когда хлопал дверью? О ней? Нет! Ты думал о себе! Так чего же ты хочешь, отказавшись от борьбы? Чего ждешь от меня? Сочувствия? Да разве мое сочувствие спасет тебя от самого себя?

– От самого себя,- тихо повторил Филипп.

- Ты прав, Слава, от самого себя не спасет.

Он очнулся, бросил взгляд на циферблат универсальных часов - шел третий час дня - и, потянувшись так, что хрустнули кости, побежал в душ.

Сумматор моды выдал ему вечерний туалет для осеннего сезона Европейской географической зоны, и Филипп долго не мог прийти в себя от изумления. Он даже повторил заказ, но получил тот же костюм: сплетенный из темно-серых нитей, с искрой, пиджак, золотистую рубашку и такие же брюки, но плетеные из широких лент. Дополнили костюм туфли, мерцающие огнями.

Вздохнув, Филипп облачился в костюм, несколько минут рассматривал себя в зеркале и, в общем, остался доволен. Модельеры, несомненно, знали свое дело: костюм был строг и гармоничен, Филипп в нем выглядел прекрасно.

Он уже собрался уходить, когда мягкий звон вызова заставил его подойти к виому. Это был Ивар Гладышев, с неизменно добродушной ухмылкой, загорелый до черноты.

– О! Красавец-мужчина! Ты куда это собрался?

– По делам,- смутился Филипп.- Что, плохо?

– Нет-нет,- засмеялся Гладышев.

- Я же говорю - выглядишь соблазнителем женских сердец, костюм превосходный. А я хотел пригласить тебя к нам. Кира сдала последний экзамен, и теперь она мастер по эстетической организации замкнутых пространств. Звучит? Будет работать в лунном Институте видеопластики. Кстати, вместе с Аларикой, как говорили раньше - с невесткой Мая Реброва. Помнишь?

– Помню? А-а… да, конечно.

– Ага.- Гладышев понимающе кивнул.- Мне показалось, что у тебя легкая потеря памяти, с волейболистами это бывает.

Значит, не придешь? Жаль, будут все наши: Журавлев, Павлов, Сережа, Кристо. Не жалеешь, что ушел в спас-службу?

Филипп покачал головой.

– Однако счастливым ты не выглядишь.

– Смотри глубже, о всевидящий! - Филипп усмехнулся,Проглядишь главное. Просто у меня поменялась полярность счастья. Если честно, я словно рыцарь на распутье. Знаю только, что идти надо в ту сторону, где можно или все найти, или все потерять. Что гораздо легче.

– Понятно.