Неприкаянный 1

Мне уже стало казаться, что с каждым разом меня подбрасывает всё ближе к моему миру, когда во время четвёртого перерождения я оказался в восемнадцатом веке. В пятый раз переродился в шестнадцатом и теперь возродился в начале двадцатого. Так и болтает меня между мирами словно неприкаянного…

Открыв глаза уставился в крашеный невысокий потолок и облегчённо вздохнул. Мне реально полегчало. Головная боль отступила. А главное привёл в порядок свою память и память реципиента. У меня сейчас не голова, а дом советов, как шутили в моём детстве.

Дело в том, что я способен запоминать каждую травинку, каждую каплю которые когда-либо видел я или реципиенты.

В первое перерождение думал свихнусь, пока научился распределять всё это по полочкам и дозировано вызывать по мере надобности. Ну сами посудите, стоило только мне услышать или подумать о колодце, как тут же вываливался огромный массив информации связанный с ним. Но постепенно научился раскладывать всё по полочкам и задвигать в дальние уголки моего бесконечного хранилища.

Или конечного. Без понятия какой объём я ещё могу аккумулировать, но пока места хватает и трудностей с этим не возникает.

Прислушался к кораблю. За дверью довольно оживлённо, но мерной вибрации от работы машин не слышно. Значит мы уже в гавани и встали на якорь. Глянул на механический будильник стоявший на столике. Тринадцать сорок. Если эта реальность не сильно отличается от моей, а судя по памяти Кошелева я особой разницы не наблюдаю, то минут через десять Руднев вернётся и собрав офицеров сообщит о намерении затопить крейсер.

Ладно, пора подниматься и начинать действовать. Помнится ещё в юности прочитав «Порт-Артур» Степанова, я буквально горел этой книгой. Представлял как бы оно могло обернуться если бы вдруг. Лет в сорок мне в руки попалась книжка как раз на тему, а что если. Жанр альтернативной истории стал весьма популярным, жаль только по-настоящему интересных произведений оказалось не так много, как хотелось бы.

Я прочитал несколько книг на тему русско-японской войны, от вменяемых с трезвым взглядом, до полного бреда и всехпобедизма.

Но и в тех и в других вместе с бредовыми идеями попадались вполне себе здравые мысли. Иное дело, что их осуществление требовало вдумчивой предварительной подготовки.

Признаться мысли на эту тему не обошли и меня. Мало того, будучи в двадцатом веке, на волне абсолютной памяти, перелопатил большой объём информации. Причём не только с русской стороны, но и зарубежные источники в оригинале.