Неприкаянный 1

Родионов, наш второй кочегар поспешил юркнуть в люк котельного отделения, помогать своему товарищу. Нам сейчас понадобится всё их мастерство, чтобы поддерживать максимально возможную скорость. Как я уже говорил, от опытных кочегаров порой зависит очень многое. И возможность держать длительное время быстрый ход в том числе. Это же паровик, а не ДВС. Увы.

Наш машинист Иванов выглянул наружу, встретился взглядом с боцманом, кивнул, мол всё понял, и вновь скрылся в своём отсеке. Туда же юркнул и наш гальванёр Дубовский, активно осваивающий дополнительную специальность, чтобы подменять товарища во время длительных переходов.

Без электрика я худо-бедно обойдусь, а вот без второго машиниста тяжко.

— Боцман, потери? — потребовал я.

— Так-то, пока только у Казарцева, осколком ногу оцарапало, — ответил тот, поведя взглядом, по подчинённым, отрицательно мотающим головами.

— Ерунда, ваш бродь. Кошка сильнее царапает, — заверил сигнальщик.

— Что с повреждениями?

Харьковский указал на дыру в борту с неровными краями выходящую в кокпит.

Через неё-то и влетели осколки, доставшие сигнальщика.

— Пустяк, ваше благородие. Заделаем без труда.

— Займись немедля.

— Слушаюсь.

Я поёжился от холода, и только сейчас вспомнил, что стою на стальной палубе в одних носках, брюках и нательной рубахе. Вообще-то двадцать седьмое февраля на дворе, и пусть тут южные широты, плюс три по цельсию комфортной температурой не назовёшь. Я поспешил юркнуть в свою каюту, тут же окунувшись в тепло, и какой-никакой уют.

К слову, надо будет придумать что-то с теплоизоляцией. А то, с наступлением тепла, тут будет настоящая парилка. Не отказываться же от вывода дымовых труб за корму.

Быстро одевшись я поспешил на палубу. И вовремя, потому что боцман как раз собирался меня вызывать. За пределами рейда обнаружился ещё один миноносец, который двигался нам на пересечку, и судя по суете на палубе, уже готовился открыть по нам огонь. А ведь мы всё ещё в территориальных водах Китая.

— Без понятия, Пётр Генрихович, как вы будете это улаживать, но видит бог, не я это начал, — пробубнил себе под нос, поминая консула в Чифу.

И уже в голос. — Курс девяносто. Гриша маневрируй. Сейчас они начнут садить по нам.

— Есть маневрировать.

— Только не урони нас, — счёл нужным предупредить я.

— Есть, — задорно отозвался рулевой."

"Совсем не лишнее предупреждение. Катерок получился вёрткий как волчок, на месте крутиться может, ну и разбросать нас на виражах к Бениной маме.